15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
(Облачно)
100 %
2 м/с
Цаликов: У меня очень трепетное отношение к семье Кантемировых
01.08.2013
12:32
Цаликов: У меня очень трепетное отношение к семье Кантемировых

На завершившимся больше недели назад Втором фестивале короткометражных фильмов «Дирижабль», режиссер, сценарист и художник, член Правления Союза кинематографистов России, участник и призер более 40 отечественных и международных кинофестивалей Вадим Цаликов представил свой фильм «Гладиаторы нашего времени».

Картина рассказывает о знаменитой династии цирковых артистов-наездников Кантемировых и, в частности, о Маирбеке, который в настоящее время руководит конным театром в Москве. Режиссер во время интервью рассказал нам о том, как проходила работа над фильмом и что такое создание художественного образа в документальном кино.

— Что такое режиссерское мастерство в документалистике?

— Это умение чувствовать тональность беседы с героем, умение импровизировать, умение не пройти мимо какого-либо события или факта, мимо которого проходит обычный человек. Зачастую мы слышим: «Ну что такое документальное кино? Взял камеру и снимаешь жизнь». На самом деле, это не так, ты все-равно отбираешь какие-то вещи и пытаешься создать художественный образ. В этом случае можно говорить, что ты снимаешь документальное кино.

— В игровом кино режиссер снимает фильм по определенному сценарию. Насколько легко воплотить сценарий в жизнь в документалистике?

В документальном кино мы стараемся изучить ситуацию и события. Очень часто не приходится говорить о каком-то подробном и точном сценарии. Есть определенная идея и нужно найти определенный режиссерский ход для ее решения, в этом и заключается, по большому счету, работа режиссера документального кино. Режиссер очень часто должен уметь сориентироваться в ходе самих съемок. Бывает, что у тебя есть определенный набор вопросов к герою, но, когда ты начинаешь с ним общаться, ты понимаешь, что можно найти какие-то новые интересные моменты для разговора. Ты должен уметь импровизировать и «вести» своего собеседника так, чтобы еще лучше раскрыть его.

— Оглядываясь назад после съемок фильма, бывает ли, что кино не получилось? Как поступают в таких случаях режиссеры-документалисты?

Для режиссера каждый его фильм — это ребенок. Эти «дети» бывают успешными, а бывают и нет. Но ты должен максимально вложить в свое создание то, что хочешь сказать зрителю, а насколько это получается судить уже ему. Да, бывает так, что после череды удач, может возникнуть картина, которой режиссер не совсем удовлетворен, иногда такие работы называют «проходными». Это нормальный творческий процесс, через который проходят все. Часто слышишь от начинающих кинематографистов: «Я сниму шедевр!». Потом, когда они смотрят отснятый материал, в большинстве случаев эта сакраментальная фраза сама собой исчезает. Еще классики отмечали, что на одном таланте далеко не уедешь, нужен упорный труд, целиком направленный на воплощение своего замысла, только тогда можно чего-то достичь.

— Расскажите подробнее о вашей картине «Гладиаторы нашего времени». Как проходила работа и довольны ли вы результатом?

— У меня вообще очень трепетное отношение к семье Кантемировых. Я всегда говорю о том, что человеку Бог, судьба дает жизненный шанс встретиться с уникальными людьми. Мне посчастливилось, когда я еще заканчивал ВГИК, познакомиться с Ирбеком Алибековичем Кантемировым. Это, действительно, человек-легенда, человек-история и, на самом деле, великий артист и великий человек. К счастью, получилось так, что я снял две картины о нем — дипломную «Ирбек и Асуан» и «Прощай, Асуан» — фильм-реквием, посвященный его памяти. Я хорошо знал и сына Ирбека — Маирбека, поэтому когда он стал руководителем труппы и начал создавать конные спектакли, мне было интересно понять, как режиссеру, как мастерство передается от отца к сыну, прочувствовать, если хотите, связь поколений. У Маирбека совсем другой подход к конному спектаклю, это попытка расширить рамки традиционной джигитовки и привнести новые элементы, близкие к театральному действу. Ценно то, что он всегда пытался идти вперед, пытался экспериментировать и вывести конное шоу на какой-то новый виток, при этом сохраняя традиции труппы. После успешных выступлений в Европе и Канаде, в Москве он ставил новый конный спектакль «Оракул». У нас с ним был разговор и мы договорились, что будем делать об этом картину. Насколько она получилось успешной судить не мне, а зрителям. Фильм смотрел и Маирбек, и Мухтарбек Кантемировы, и они остались довольны. Безусловно, их оценка была для меня очень важна…

— Вы показывали фильм «Гладиаторы нашего времени» и в Москве и здесь. Отличается ли восприятие картины в разных регионах?

Безусловно, отличается, поскольку эта тема ближе нам, скорее всего, по нашему менталитету. Но могу сказать, что в Москве зрителями она была тоже очень тепло принята. После премьеры была очень доброжелательная атмосфера, было очень много вопросов. Для многих зрителей, особенно молодого поколения, эта была первая «встреча» с прославленной династией Кантемировых.

— Вы часто бывает членом жюри на зарубежных и российских фестивалях. Что должно быть в картине, чтобы она вас зацепила и вы поставили ей высокую оценку.

— Главный для меня критерий — это профессионализм. Я с большим интересом отношусь к любительским работам и соглашусь в том, что зачастую любители бывают более эмоциональны и интересны в своих фильмах, но поскольку наше жюри оценивало профессиональные работы, то мы, ко всему прочему, обращали внимание и на ремесло режиссерской профессии. Здесь нет никакого снобизма. Я не согласен с мнением, которое я иногда слышу, дескать, все призы известны заранее и раздают их по своим симпатиям. Фильм должен быть интересен не только своей темой и героями, но и вызывать интерес с профессиональной точки зрения, а сюда входят очень много критериев оценки: и работа оператора, и работа композитора фильма, и монтаж, и, собственно, умение режиссером рассказать саму историю. Бывает так, что талантливый профессиональный фильм может быть не отмечен на каком-нибудь фестивале, но рано или поздно он получит заслуженную награду. Вообще, я должен сказать, что не особенно люблю бывать в жюри, мне более приятно участвовать, а не оценивать фильмы своих коллег.

— Как снимать кино о любви?

— Это безумно сложно! Я бы не взялся (смеется)! У каждого свое восприятие этого сочетания.

— Вы больше известны как режиссер-документалист. Расскажите о ваших работах в живописи.

— Честно сказать, я редко этим занимаюсь. Хотя бывают моменты, когда хочется взять карандаш и кисть и что-то сделать. Иногда бывают вещи, которые тебя очень сильно потрясают. Последний раз такой момент был, когда произошла наша трагедия в Беслане, которая не могла оставить равнодушным, и я сделал серию графических работ «Беслан. Кадры памяти». Эта выставка была на кинофестивалях в Екатеринбурге, Чебоксарах, выставляли мы ее и в московском Центре «Русское зарубежье». Последний раз она была во Франции.
Вообще, во время поездок встречаешь очень много интересных мест, которые хотелось бы запечатлеть. Три моих последних фильма были связаны с Бельгией, и сейчас я готовлю серию акварелей по историческим городам этой страны.

— Весь кинопроцесс почти полностью сосредоточен в крупных центрах, таких как Москва, Санкт-Петербург, там другие возможности и ресурсы. В этой связи возникает вопрос, нужно ли кино регионам?

— Конечно, нужно! Вообще, хотелось бы, чтобы у нас в Осетии была киношкола. Я считаю, что у нашей молодежи есть очень хороший творческий потенциал, который нужно всячески поддерживать и развивать. Здесь всегда были хорошие традиции кино. Была Студия кинохрониики, которая вела кинолетопись не только нашей республики, но и всего Северного Кавказа. Эта летопись должна сохраняться и сейчас, поскольку это не просто кинохроника, а исторический документ нашей жизни, жизни нашего народа.
Пресс-служба кинофестиваля "Дирижабль"