15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
(Дождь)
93 %
2 м/с
Цараков: Сомневаюсь, что причиной банкротства Диг-Банка стал крах БРР
04.07.2014
11:01
Цараков: Сомневаюсь, что причиной банкротства Диг-Банка стал крах БРР

В интервью «15-му Региону» генеральный директор фонда капитального ремонта многоквартирных домов в Северной Осетии Вадим Цараков рассказал о работе фонда и прокомментировал банковский кризис в республике.

— Давайте сначала поговорим о возглавляемом вами фонде. Как на сегодняшний день обстоят дела? Сентябрь не за горами, определяются ли люди? Чему отдают предпочтение?

— Пока в фонде идут подготовительные работы к началу работы механизма новой системы капремонта, который стартует по республике с ноября. До 6 августа все дома имеют право принять решение о способе формирования ресурсов на капремонт. После этой даты у жильцов многоквартирных домов возникнут обязательства уплачивать взносы за капремонт. По всем районам были проведены совещания. Особо хочу отметить Моздокский район как пример того, что у людей есть понимание и активная гражданская позиция. Жильцы большинства домов выбрали позицию молчунов. Но если они не сделают свой выбор до 6 августа и не примут решение, где копить ресурсы на капремонт своего дома, то автоматически попадут к нам в фонд. Нам, конечно, выгодно вести пассивную информационную политику. Однако мы ведем разъяснительную работу с населением республики. У нас огромное количество преимуществ. По городу, например, только чуть больше 30 домов определились, значительное большинство выбрало фонд. Из республик СКФО и ЮФО мы вошли в состав трех регионов, где все нормативные документы готовы к реализации программы. Впереди огромный фронт работы, и мы активно готовимся к запуску нового механизма капитального ремонта многоквартирных домов.

— Решен ли вопрос с новостройками? Будут ли их жители делать взносы в фонд капремонта?

— В некоторых регионах новостройки освободили от взносов на 5 лет. Но кто-то считает, что это нарушение, потому как в федеральном законе таких оговорок нет. Вопрос находится на стадии обсуждения и в ближайшее время решение будет принято.

— А льготники? Будут ли в программе предусмотрены какие-то субсидии?

— Этот вопрос будет рассмотрен 23-25 июля в Самаре на первом всероссийском съезде региональных фондов капитального ремонта многоквартирных домов.

— Есть категория граждан, которую не заставить платить даже за использование услуг ЖКХ. Как с ними будет работать фонд?

— Это один из основных вопросов в работе фонда. В республике много долгов и по электричеству, газу и по другим коммунальным услугам. Поэтому пока предусматриваются такие меры, как отказ от перерегистрации квартиры, то есть ее нельзя будет закладывать залогом в банк, получать ряд социальных справок и т.д. Для всех регионов вопрос является ключевым в процессе работы. Система капитального ремонта многоквартирных домов касается огромной части населения, и государство этому направлению уделяет огромное значение. К тому же, Госдума после каникул будет рассматривать законопроект, по которому злостные неплательщики будут попадать в бюро кредитных историй и не смогут получать кредиты.

— К вопросу о вашей нынешней должности: сразу ли вы согласились занять предложенное место? Все-таки это новшество, к которому во многом жители не готовы.

— Я никогда не думал, что буду работать в системе ЖКХ. Сфера интересная, но в какой-то мере негативная: каждый день приходится встречаться с огромным количеством людей, у которых проблемы и недовольства. Отрасль очень сложная. Руководство республики предложило мне возглавить эту структуру, я сразу согласился. В этой сфере наблюдается некая тенденция: кто сюда попадает, остается здесь надолго.

— Было ли ваше новое назначение неким поощрением за историю с БРР, когда только вы согласились стать и.о. председателя правления?

— Я не считаю это поощрением. Я сделал то, что обязан был сделать каждый сотрудник банка в такой ситуации. Мне казалось, что один из замов станет «и.о.». После того, как заместители отказались, совет директоров предложил мне возглавить банк. Я согласился. Может, это покажется странным, но мне доставляет удовольствие работать в сложных условиях, когда возлагается повышенная ответственность и нагрузка. Наш коллектив, думаю, постарался максимально спасти ресурсы клиентов. Мы сделали все что могли.

— Почему же отказались заместители директора?

— Я никогда не был приближенным к руководству банка и лично к Доеву. Таких управляющих офисами, как я, в банке было больше 20 человек. После Москвы первые два года работал во Владикавказе в головном офисе, потом в Алагирском филиале. Не могу знать, почему отказались заместители и какие у них причины. Дисциплина в БРР всегда хромала. Я это замечал. Кадровая политика не была поставлена. Например, у сотрудников одинакового ранга были разные зарплаты, такая же ситуация с управляющими офисов. Они назначались исходя из личных симпатий.

— На ваш взгляд, банк можно было спасти?

— Во всяком случае нужно было попытаться это сделать. Ведь отзыв лицензии у БРР повлек катастрофические последствия для всего банковского сектора республики. Главная проблема БРР стала недостача денег в кассе, которая имела криминальный характер. Называли разные причины закрытия банка: то был крупный заемщик, который не платит кредит, то где-то закрылся банк с таким же названием. Но именно касса послужила причиной банкротства банка. Все активы в банке были на месте. Это нестандартная ситуация. Конкурсный управляющий, который приехал из Москвы, был шокирован ситуацией с банком: мол, такого еще не было — все активы на месте, механизм работает, но денег в кассе нет, а на бумаге они были.

— Кому нужен был крах БРР?

— Не знаю, этот вопрос надо задать бывшему руководителю, который все еще находится под следствием. Одной из ключевых проблем был коллектив, который был раздроблен и не был сплоченным. Дисциплины не было. Жаль, что теперь после самого крупного банка уходит и второй по величине «Диг-Банк». Но отзыв лицензий у этих двух банков имеет разные причины.

— А как, по-вашему, смогут ли вкладчики БРР отстоять свои права у АСВ? Можно ли что-то отвоевать? Вот и Алан Диамбеков сомневается, но намерен измотать АСВ судебными процессами?

— Не сомневаюсь, что он сделает все, что в его силах. Но шансов очень мало. У АСВ в этом деле слишком сильные позиции, все механизмы отлажены. Опыт прошлых лет показывает, что в Арбитражном суде АСВ выигрывает около 93% дел. Выигрышные дела будут и у нас, но единицы. АСВ исходит из практик тех кредитных организаций, которые были на Северном Кавказе. Это, например, дагестанские банки. Зачастую их руководители, зная, что банк на грани гибели, приводили «своих» вкладчиков, на них открывались «страховые» вклады, но при этом деньги в кассу не поступали. Образовывались огромные дыры.

Второй вопрос — это операции по кредитам. Клиенты погасили кредиты за счет ресурсов, находящихся у них на счетах. Этот вопрос тоже спорный. Я подчеркиваю, Москва исходит из опыта бывших банков Северного Кавказа. Это не значит, что у нас было так же все безобразно. Но в БРР аналогичных незаконных операции не было, по крайней мере за последнюю неделю.

— Можете прокомментировать уход «Диг-Банка»?

— После БРР с рынка ушло 56 банков. Но в «Диг-Банке» всего 300 пенсионеров, тогда как у нас было 17 тысяч. Эти два банка совершенно разные, в том числе и по социальному значению для нашей республики. БРР был намного крупнее. «Диг-Банк» больше внимания уделял работе с юрлицами. Я до последнего думал, что они смогут выправить положение. Сейчас остались только три республиканских банка: «Арт-банк», «Адамон-банк» и «Классик Эконом банк». Говорить о принципе домино вряд ли можно, и до БРР уходили банки и после. Я сомневаюсь, что причиной банкротства «Диг-Банка» стал крах БРР. Конечно, ситуация с БРР повлияла на настроение вкладчиков, но думаю это не главная причина.

— Все ли антикризисные меры были приняты этой кредитной организацией?

— Я не знаю всей внутренней кухни, но, судя по всему, сотрудники делали все, что было в их силах. Однако после БРР им пришлось несладко. Федеральные банки нагнетают обстановку. Не могу сказать, что это плохо или неправильно. Население видит, что региональные банки уходят, они переходят в федеральные. Но у региональных банков есть преимущества. Они более лояльные к клиентам и более гибкие по работе с малым бизнесом. Их присутствие в республике крайне важно.

— То есть нас ждет перспектива остаться только с крупными федеральными банками?

— Политика ЦБ РФ по расчистке банковского сектора, перехода от количества к качеству продолжится. Очень хочу, чтобы оставшиеся наши банки выстояли или же хотя бы вошли под крыло федеральных. Пусть даже объединятся. Найти работу в банковском секторе сейчас очень сложно. Конкуренция огромная. 470 сотрудников БРР и 90 «Диг-Банка» остались без работы. А ведь еще ежегодно наши вузы выпускают десятки специалистов по банковскому делу. Им тоже нужна работа. Едва ли в ближайшее время у нас появятся новые банки, разве что филиалы федеральных. Несомненно, федеральные банки, а во-первых, это Сбербанк, Россельхозбанк и ВТБ-24 будут расширять свою сеть путем открытия новых офисов. Региональным банкам нужно уходить от зависимости от депозитов населения. Ресурсы населения мобильны, они как быстро приходят, также и уходят. Банкам нужно меньше выходить на рисковые операции и на данном этапе проводить более консервативную политику. Это продиктовано требованиями времени.

— Сейчас вы уже можете дать сравнительную характеристику банковского и чиновничьего дела. Что для вас оказалось ближе?

— Конечно это две разные области. Руководить банком и руководить новой структурой в системе исполнительных органов две разные вещи. Я не исключаю, что может что-то поменяться…
Анна 15-Азиева