15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
12°
(Облачно)
73 %
1.64 м/с
Дело мастера
24.03.2013
15:03
Дело мастера

Ленинский районный суд Владикавказа приступил к рассмотрению апелляционной жалобы известного в республике умельца Сослана Моураова, которую он подал в ответ на исковое заявление директора национального музея Ларисы Сохиевой.

Через суд госпожа Сохиева добивается, чтобы бывший сотрудник учреждения Моураов, уволенный за прогул в прошлом году, освободил незаконно занимаемое им помещение, которое располагается на территории музея. Суд исковое заявление удовлетворил и обязал Моураова освободить мастерскую. Однако выполнять распоряжение суда он не пожелал и подал апелляционную жалобу.

Мастер Моураов рассказал «15-му Региону», что решение суда обжаловал в связи с тем, что, по его мнению, директор нацмузея является ненадлежащим истцом, поскольку территория музея в 2000 г. минимуществом было передано одной из стройкомпаний под строительство новых музейных зданий.

«Непонятно, почему люди, которые не имеют на это права, выгоняют меня из мастерской? Строители могут в любой день попросить меня освободить помещение, и я сделаю это», — говорит Моураов.

Однако, как пояснили в министерстве имущественных отношений, руководство национального музея все же имеет право через суд обязать ремесленника покинуть помещение. «Если между руководителем музея и бывшим сотрудником не были подписаны договор об аренде или какие-либо другие документы, то по закону руководитель вправе требовать освободить то или иное помещение, находящееся в ведении музея, даже несмотря на то, что на ее территории ведется стройка», — уточнил специалист отдела государственного имущества Илья Кокаев.

По словам Ларисы Сохиевой, необходимость в использовании помещения, которое по сегодняшний день занимает ремесленник, возникла три года назад, когда на территории музея началась стройка. Многие вещи, хранящиеся в фондах, пришлось переносить. «Так как в фондах у нас очень много различного материала, я обратилась к Моураову с просьбой разметить некоторые вещи в мастерской, а вместе с тем предложила ему временно поработать в другом здании вместе с нашими художниками-реставраторами. Однако он категорически отказался выполнять мою просьбу. С тех пор, о чем бы я его не просила, он в грубой форме отвечает отказом», — говорит госпожа Сохиева.

Юрист по образованию Сослан Моураов, ранее работавший в органах МВД, выйдя на пенсию, решил заняться народным ремеслом, а именно воссозданием раритетных осетинских музыкальных инструментов. Чтобы найти подходящее место для работы, пришлось обращаться в разные учреждения. Лишь спустя некоторое время ему удалось устроиться в национальный музей на должность художника-реставратора. За 5 лет Моураов смастерил десятки таких древних осетинских инструментов, как далафандыр, трехструнная хъисын фандыр, 12-струнная арфа.

«За то время, пока я занимаюсь этим делом, появился ансамбль «Къона». Ребята играют на древних инструментах, у них это отлично получается. Я знаю, что на моих инструментах также занимаются и в колледже культуры. Много инструментов я раздарил, ведь я их не для себя делаю. Я хочу, чтобы они звучали, чтобы осетины знали, что кроме обычной гармоники, у нашего народа существуют и другие красиво звучащие инструменты», — говорит умелец.

Иную версию появления в Северной Осетии древних музыкальных инструментов рассказала корреспонденту «15-го Региона» Лариса Сохиева. По ее словам, идея воссоздать осетинские народные инструменты возникла у заслуженного работника культуры России, заведующего научно-экспозиционным отделом музея Эльбруса Кантемирова. «Реконструировать некоторые осетинские музыкальные инструменты он предложил Сослану Моураову, так как тот занимался резьбой по дереву. Кантемиров сам же обеспечил его материалом, передал ему куски высушенного дерева, которые привозил из разных экспозиций. И мы решили попробовать воплотить эту идею в жизнь», — говорит госпожа Сохиева.

Она отметила, что никаких проблем в отношениях с мастером у сотрудников музея не возникало до тех пор, пока в музей не обратилась молодой композитор Дзера Дзлиева. Она предложила запустить проект по оцифровке музыкального фонда, который хранится в институте русской литературы. Но чтобы представить такой проект на получение денежного гранта, необходимо было разработать некую концепцию. «Мы с Дзлиевой сутками сидели, пытались что-то дельное придумать. И у меня возникла мысль объединить два проекта: оцифровку фонда и воссоздание древних музыкальных инструментов — в один цельный проект. Я подробно расписала смету проекта, руководителем вписала себя, одним из исполнителей — Сослана Моураова, так как именно он реставрировал инструменты. После этого отправила проект в Москву», — рассказала Сохиева. Спустя год стало известно, что проект выиграл грант в размере 600 тыс. рублей.

Как утверждает Сослан Моураов, эти деньги минкультуры и национальный музей «успешно растратили». Он даже подал жалобу в прокуратуру республики. Однако, как говорит сама Сохиева, сделал он это за несколько месяцев до получения музеем гранта. «В СМИ появилась информация о том, что мы выиграли грант, однако, деньги мы получили спустя некоторое время. Моураов жаловался на меня в различные инстанции, ко мне приходили с проверками, но, естественно, нарушений никаких не выявили», — говорит Сохиева.

Сослан Моураов уверен, что его уволили из музея «как ненужного свидетеля» не только из-за истории с грантом, но и музыкальных инструментов, которые он передал министру культуры Фатиме Хабаловой. Ремесленник утверждает, что госпожа Хабалова продала 12 музыкальных инструментов в Карачаево-Черкессию. «Я ни одного рабочего дня не прогулял. Это был лишь повод, чтобы избавиться от меня. Мне не жалко этих вещей, просто мне хотелось, чтобы они оставались в Осетии», — утверждает Моураов.

Впрочем, как выяснилось, инструменты действительно остались в Осетии, только не Северной, а Южной. Как нам сообщила глава республиканского минкульта, все инструменты она подарила коллегам из Цхинвала. «У меня есть все документы, удостоверяющие факт передачи инструментов в министерство культуры Южной Осетии. Я много раз предоставляла их Сослану Моураову. Но он категорически не хочет слушать нас», — сказала Фатима Хабалова. Она добавила, что инструменты на тот момент находились в нерабочем состоянии. «Профессионально играть на них нельзя было», — утверждает министр.

В минкульте Южной Осетии информацию о музыкальных инструментах Сослана Моураова подтвердили, рассказав, что все они распределены по районам, и сейчас различные музыкальные коллективы успешно играют на них.

Сейчас Сослан Моураов ищет для дальнейшей работы новую мастерскую. С просьбой помочь ему он обратился в министерство образования и науки. «Я также предложил им ввести факультативные занятия в школах, чтобы детей хотя бы знакомили с инструментами, чтобы они знали, что такое хъисынфандыр, далафандыр», — говорит он.

Возможность использования в образовательном процессе, например, на уроках музыки, такого предмета, как «Традиционная культура осетин» рассматривается в минобрнауки.
«Нынешняя молодежь должна знать свои истоки и культуру. А знакомиться посредством старинных музыкальных инструментов будет не только познавательно, но и увлекательно. Школьники смогут впитывать многовековую мудрость нашего народа», — добавили в пресс-службе ведомства.Милана 15-Тадеева