15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
21°
(Облачно)
68 %
4 м/с
Эхо войны докатилось из Германии до Дур-Дура
31.03.2011
17:55
Эхо войны докатилось из Германии до Дур-Дура

На севере Германии, между Гамбургом и Ганновером, расположен город Мунстер, одной из достопримечательностей которого является танковый музей.
Жители Мунстера бережно хранят не только экспонаты военного вооружения, но и память о событиях Второй мировой войны, по крупицам восстанавливая историческое прошлое.

Но какое отношение имеет все это к Северной Осетии? — спросит читатель. Оказывается, самое прямое. Но об этом чуть ниже. А пока стоит напомнить о поисковом отряде «Мемориал-Авиа», о деятельности которого не раз рассказывалось на страницах «Северной Осетии». В самой последней публикации на эту тему («Станет ли еще одним мемориалом больше?», 17 февраля 2011 года) речь шла о поисковиках отряда и результатах их благородного подвижнического труда по воссозданию имен героев Великой Отечественной войны, следы которых «затерялись» на фронтовых дорогах. И вот очередной повод обратиться к теме поиска.
Совсем недавно на имя одного из поисковиков отряда — Романа Кумкова — пришло по электронной почте письмо из города Мичуринска Тамбовской области. Написали его ученики местной школы. Из первых же строчек этого письма сразу становится ясно, почему возникла необходимость начать разговор с упоминания о немецком городе Мунстере. «В апреле 2010 года, — пишут школьники из Тамбовской области, — мы принимали участие в увековечивании памяти советских солдат в концлагере Берген-Бельзен совместно с учениками реальной школы г. Мунстера в рамках проекта для школ Германии «Мы пишем имена». Этот проект был организован в 2007 году так называемым Народным немецким союзом по воинским захоронениям, а также Центром документалистики лагеря Берген-Бельзен . Суть проекта в том, что немецкие школьники по имеющимся спискам Мемориала изготавливают таблички определенного размера и пишут на них имена и даты жизни наших солдат, оказавшихся в этом лагере и погибших там. Затем эти таблички закладывают на валу кладбища Херстен, в братских могилах которого лежат 50 тысяч наших солдат.
Мы вместе с немецкими школьниками установили уже 52 таблички. А вернувшись домой, в г. Мичуринск, решили продолжать эту патриотическую работу и искать родственников солдат, погибших в застенках концлагеря. Ведь большинство из них до сих пор числятся пропавшими без вести. Так мы выяснили, что на одной из установленных нами табличек есть имя жителя Северной Осетии Зангиева (Саргиева) Александра Дмитриевича. Все данные о нем взяты нами из объединенного банка данных Мемориала: Александр Дмитриевич Зангиев родился 25 октября 1912 года, а скончался от ран 1 октября 1941 года. До войны жил в с. Дур-Дур, Северо-Осетинской АССР Дигорского района. Его отец Дмитрий жил в с. Разбун. Женат Александр был на Сангиевой Дофке. Мы уже обращались и в школу села Дур-Дур, и в сельскую администрацию, и в представительство Северной Осетии в г. Москве, но результатов пока нет,— пишут далее ребята. — Если сможете, то помогите. Немецкие коллеги прислали нам списки всех солдат, в память о которых заложены именные таблички. Мы сейчас работаем над этим. Если среди 731 имени окажутся еще уроженцы Осетии, то мы обязательно вышлем эти списки вам. Нам бы очень хотелось, чтобы родные солдата знали о месте его захоронения и чтобы были внесены изменения в Книгу Памяти Осетии. Мы готовы сотрудничать с родственниками солдата. С уважением, заранее вам благодарны, члены поисковой группа «Надежда» и директор школы Е.И.Рыбальченко».
Получив это письмо по электронной почте, Роман Кумков поспешил поделиться новостью со своими коллегами из поискового отряда «Мемориал-Авиа» Станиславом Дзебоевым, Сергеем Порошиным, Дмитрием Пивоваровым…
«Подключаемся к поиску!» — решили друзья и соратники по военно-патриотической работе и «делегировали» Станислава Дзебоева в селение Дур-Дур. Он начал поиск, обратившись сначала в сельскую администрацию. Сразу же выяснилось: Зангиевых среди односельчан и быть не могло, а вот что касается Зангионовых — другое дело. Собрали старожилов-однофамильцев, прочитали вслух им письмо юных тамбовских следопытов, показали выписку из журнала, в котором рукой немецкого писаря выведены сведения о каждом из военнопленных: порядковый номер (у Зангиева Азгери — № 120), данные о месте и дате рождения, о родственниках. Из этого скорбного списка военнопленных из лагеря Берген-Бельзен тамбовские школьники и извлекли сведения о нашем земляке, против фамилии которого значилось: «russe, osetiner…».
И начал раскручиваться клубок людской памяти. Вспомнили старики, что до войны директором местной школы был Азгери Зангионов, который потом ушел воевать. Доходили до сельчан вести, будто попал он в плен, а далее следы терялись: то ли погиб, то ли скончался от ран… По всем признакам, утверждали старожилы, это и есть Азгери, имя которого рукой писаря выведено на русский лад — Александр. Совпадают и имя его жены — Дофка, и место жительства родителей. Станиславу Дзебоеву помогли в поиске директор Дигорского историко-мемориального музея имени Г.А. Цаголова Батраз Лолаев, научный сотрудник музея Георгий Корнаев, глава поселения Дур-Дур Казбек Кодзасов и его заместитель Батраз Икаев, родственники Азгери — Георгий и Таймураз Зангионовы. Беседовал он и с участниками Великой Отечественной, проживающими в Дур-Дуре, с коренными жителями села из рода Зангионовых. И вышел на след самых близких родственников солдата, в том числе его родного племянника.
В результате в руках Станислава Дзебоева и его друзей появился довоенный снимок Азгери и его супруги Дофка. Смотришь на них и понимаешь: запечатлен тот самый момент, когда еще ничто не предвещало вечной разлуки. Еще не звучали фронтовые раскаты. А впереди простиралась целая жизнь. Но судьба распорядилась иначе, сделав Азгери узником концлагеря Берген-Бельзен и оставив Дофку безутешной вдовой. Этот лагерь был создан в мае 1940-го для военнопленных из Бельгии и Франции, а уже в июле 1941-го, то есть в первые же дни войны, в него поступили около 20 тысяч военнопленных из СССР. К весне 1942-го 18 тысяч из них скончались от голода, холода, болезней и были расстреляны… Один из этих 18 тысяч — смотрящий на нас с семейного фото красивый и мужественный человек Азгери Зангионов, чье имя навсегда вписано в историю родной школы. Родного села. Родной республики. В историю Великой Отечественной войны.
… На сельском кладбище, где похоронена Дофка Зангионова, высится скромный памятник с начертанным на нем именем ее мужа — Азгери, именем, возвращенным из небытия спустя 70 лет после лагерных застенков.
Вечная им память!..Н. Бетчер, «Северная Осетия»