15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
10°
(Облачно)
81 %
3 м/с
Если Бог с нами, кто против нас?
06.08.2019
20:25
1 902
Если Бог с нами, кто против нас?

(Si Deo pro nobis, quis contra nos?)

Статья известного журналиста Олега Цаголова не была написана специально для газеты «СО». Но тема, которую он поднял на своей странице в «Фейсбуке» – одна из злободневных в нашем обществе.

Было бы лукавством назвать причины обращения православной общественности к архиепископу Владикавказскому и Аланскому Леониду с просьбой защитить ее от атак «традиционалистов» форс-мажорными, так как предпосылки сегодняшнего социального напряжения обозначились давно. В конце 80-х всплеск грузинского национализма вызвал у населения Юго-Осетинской автономной области ответную реакцию: Грузинская православная церковь утратила возможность окормлять здесь православную паству по причине утраты к себе доверия. В отколовшемся регионе возникла неканоническая церковь.

Что касается верований южных осетин, то они ничем не отличаются от верований их северных собратьев. Издревле, еще со времени принятия православия от Византии в Х веке, они умудрялись наряду с новой верой трепетно сохранять свои дохристианские верования. В сознании осетин и до сих пор мирно уживаются привычки поклоняться святым камням, деревьям и рощам наряду с поклонением кресту. Честно говоря, термин «поклонение» здесь даже несколько преувеличен и иносказателен, потому что осетины настолько горделивы, что не становятся на колени ни перед кем. Даже перед своими древними богами. Пример тому – война, развязанная нартами с небожителями.

Православная церковь старалась преодолеть врожденное упрямство осетин обходным маневром, пыталась соединить противоположности: на месте, де, языческих святилищ могли быть еще раньше древние алтари. Осетинам это понравилось, потому что они, наученные горьким опытом, уже больше не хотели воевать с небом.

На территории обеих частей Осетии и в самом деле еще немало христианских и дохристианских храмовых развалин. Православная церковь считает их своим наследием, но денег на их восстановление пока не находит. Некоторые исследователи религиозного толка и вовсе считают, что значительная часть истинно осетинских религиозных праздников также имеет христианскую основу.

Спорить с этим трудно, поскольку уже в Аланском государстве православие было государственной религией, и в реестре Константинопольского патриархата Аланская митрополия занимала 61-е место, сразу за Киевской.

В своих верованиях осетины вполне толерантны к иноверцам: наряду с православными храмами мирно уживаются Армянская церковь и синагога. Кстати, вся еврейская община давно уже перебралась на «землю обетованную», но дети репатриантов продолжают поддерживать связь со своей «малой родиной» в отрогах Главного Кавказского хребта и твердо намереваются воссоздать еврейский квартал в Цхинвале в виде историко-этнографического музея под открытым небом.

И вот тут мы подходим, как мне кажется, к сути вопроса. После войны 08.08.08 Россия твердо признала независимость Южной Осетии, однако РПЦ, заняв более осторожную позицию, продолжала считать этот край канонической территорией Грузинской православной церкви. Дилемма была не очень сложной: Россия и после кровопролития не отказывалась от восстановления если не дружеских, то хотя бы партнерских отношений с Грузией, а РПЦ не хотела терять свое влияние на грузинскую церковь. Осетины должны были попросту смириться с этим положением.

Но у русского и грузинского православия всегда были неоднозначные отношения, начиная с 1811 года, когда Священный синод лишил Грузинскую православную церковь всех признаков автокефалии, а в 1943 году вновь ее восстановил, надеясь на евхаристические отношения. Но грузины тоже оказались на редкость памятливыми.

К концу 90-х годов на территории Южной Осетии официально не функционировала уже ни одна церковь, поскольку грузинским священникам вход в них был заказан, а своих священнослужителей у осетин еще не было. Но вскоре священник Георгий из Русской зарубежной церкви (РЗЦ) открыл здесь сразу десять храмов. Хотя и тут возникла закавыка: РЗЦ, вставшая на путь объединения с Московской патриархией, во благо себе не хотела рукополагать священников для Осетии. Выход, однако, был вскоре найден, когда отец Георгий перешел в Истинно-Православную церковь Греции (ИПЦГ), где его возвели в сан епископа Аланского и наделили правом рукополагать священников.

Московская Патриархия по сей день продолжает признавать Южную Осетию канонической территорией ГПЦ, что не может не вызывать у здешней православной паствы подобия когнитивного диссонанса: как можно обязывать местных священников поминать во время богослужений Грузинского Патриарха, который, как они считают, открыто призывал к убийству осетин во время вооруженных конфликтов времен Гамсахурдиа! Долгое время поиски подтверждения этому не принесли мне успеха, но в ходе памятного официального визита Илии II во Владикавказ я лично задал ему прямой вопрос в беседе для еженедельника «Эхо» по поводу достоверности этих утверждений. Патриарх так же прямо ответил категорическим «нет». Мнения осетин это, правда, не поменяло…

«Было бы несправедливо утверждать, что нелицеприятный конфликт в нашем обществе возник буквально на ровном месте. Это могут утверждать только люди, или не знающие положения дел, или кривящие душой. А скорее, и то и другое. Я имею в виду тех чиновников республиканского ранга, которые до сих пор, несмотря на настойчивые рекомендации руководства республики, продолжают спесиво игнорировать свое участие в деятельности социальных сетей. А ведь именно сюда из кабинетов аналитических центров переместился барометр социальных замеров. Здесь именно забраживают и создают избыточное давление в котле массовых умонастроений самые невероятные слухи и инсинуации. Здесь по миру зарождались «цветочные революции», управляемые спецслужбами и подрывными мыслительными центрами.

Отделение церкви от государства в любой части света – не больше, чем видимость. В раздоре Киева и Москвы украинские и русские церковные иерархи тоже не могли долго хранить хорошую мину при заурядной игре. Патовость ситуации в международной политике привела к тому, что Грузинская Патриархия, несмотря на увещевания Патриарха Кирилла, фактически признала автокефалию Православной церкви Украины. Что, собственно, не стало неожиданностью ни для кого. Но закулисная игра Константинопольского Патриархата так запутала ситуацию, что раскольный Патриарх Филарет, лишенный иной трибуны, к изумлению православного мира, дал недавно интервью телеканалу «Россия-24», резко выступив против Томоса и Православной церкви Украины.

Все смешалось в церковных кущах. Но теперь становится более понятной реакция грузинских русофобов на выступление президента Межпарламентской ассамблеи Православия Сергея Гаврилова в грузинском парламенте.

Но вернемся к начатому разговору. Обиду, которую РПЦ нанесла православным Южной Осетии, на щит здесь никто не поднял. Единственное, епископ Георгий (Пухатэ) все же заявил как-то: «Москва отталкивает нас, отвергает, даже несмотря на то что жители Южной Осетии – граждане России». Но в лоно грузинского православия, тем не менее, здесь никто даже не помышлял возвращаться.

После долгих мытарств, 22 сентября 2017 года, Цхинвальская и Аланская епархия Греческой старостильной церкви была преобразована в самостоятельную и независимую поместную церковь. Но уже задолго до этого осетины Севера и Юга развели в своих молитвах по разные стороны двоих святых, которых традиционно поминали вместе за своими столами: св. Георгия-покровителя Грузии и своего св. Уастырджи – неизменного спутника доблестных воинов и путников. Но рикошетом этот выпад задел и Георгия Победоносца – святого покровителя «златоглавой».

Считать факт развода святых только следствием грузино-осетинского вооруженного конфликта со всеми вытекающими отсюда последствиями, включая и двойственность РПЦ, было бы неточностью, потому что это было естественным рефлексом наиболее консервативной части осетин на напористую деятельность православной церкви в области их традиционных верований. Осетины продолжали, наверное, оставаться в глазах сменяющихся заезжих покровителей местной епархии теми же туземцами, что и сто лет назад. Любопытно, что особенно наглядно это выразилось в совсем недавнем заявлении владыки Леонида, немало повидавшего на своем веку и прославившего свое имя, на обращение к нему православных Северной Осетии: «Не допущу, чтобы Осетию вталкивали в каменный век язычества».

Что имел в виду Его Высокопреосвященство? Может быть, VIII—VII века до нашей эры, когда у ряда народов Кавказа и у осетин создавался нартский эпос? Или то, как князь Владимир крестил Русь «огнем и мечом»?

Вообще-то, общественный конфликт, кем-то охотно окрещенный межконфессиональным, но странным образом похожий на политический заговор, выявил сразу несколько несоответствий.

Во-первых, потому что странным образом пришелся на период активной подготовки в Осетии к масштабному празднованию Русской православной церковью и широкой общественностью республики в 2022 году 1100-летия крещения Алании.
Во-вторых, потому что Архиепископ Владикавказский и Аланский Леонид, не дождавшись окончания расследования фактов, изложенных в обращении, тут же повесил его на громкий колокол.

В-третьих, потому что живо подхваченное средствами массовой информации обращение еще более странным образом переплетается по времени с невежественными спорами о некоей иерархии диалектов и говоров осетинского языка.

В-четвертых, потому что так разнятся оценки ситуации в высказываниях владыки Леонида и муфтия Северной Осетии Хаджимурата Гацалова, который тоже не понаслышке знает об экстремизме в исламе: «Мы потеряли Бога в нашем обществе. Для общества неважно, какую религию человек исповедует, если она несет благо. Суть любой религии – это милосердие».
Было бы несправедливо утверждать, что нелицеприятный конфликт в нашем обществе возник буквально на ровном месте. Это могут утверждать только люди, или не знающие положения дел, или кривящие душой. А скорее, и то и другое. Я имею в виду тех чиновников республиканского ранга, которые до сих пор, несмотря на настойчивые рекомендации руководства республики, продолжают спесиво игнорировать свое участие в деятельности социальных сетей. А ведь именно сюда из кабинетов аналитических центров переместился барометр социальных замеров. Здесь именно забраживают и создают избыточное давление в котле массовых умонастроений самые невероятные слухи и инсинуации. Здесь по миру зарождались «цветочные революции», управляемые спецслужбами и подрывными мыслительными центрами. Здесь должно быть рабочее место не только паркетных чиновников, но и ученых-обществоведов. А уж правоохранители и вовсе должны дневать и ночевать здесь по мандату долга.

«Нынешнее время в Северной Осетии мало чем отличается от недавнего и давнего прошлого – все та же борьба за власть. Но то, что для обществ цивилизованных является не больше, чем атрибутом политической повседневности, для нас становится способом расколоть общность, дорваться до власти и насладиться ею. В рамках дозволенного законами и правилами приличия политическая активность населения может стать хорошей школой государственности. Но с нашими необузданными нравами это стало только школой злословия.

А что на деле? На деле те, кому положено искать контакты с населением не только во время выборных и политических кампаний, боятся социальных сетей как черт ладана. Об одной причине я уже упомянул – это спесь, чванство. Но есть и другая: боязнь подставить себя под удар проявленной некомпетентностью, неумением вести диалог и просто безграмотностью. Но общество должно настаивать на этом, «дабы дурь каждого была видна».

Робкие поначалу заявления немногочисленных «традиционалистов», не находя преград, обретали все большую нахрапистость и звучность. Носителями идей не могли быть люди старшего возраста, поскольку их искания истины начинались и заканчивались в вине, в четкой очередности и наполняемости тостов. Бунтарские идеи родились в молодежной субкультуре. Не могу утверждать, где: на Юге или же на Севере, потому что там и сям они пришлись по вкусу своей протестностью против действительности. А действительность по обе стороны хребта складывалась для молодых из незалеченных физических и психических травм после кровавых межнациональных конфликтов, из унизительной необходимости выживать в трудных условиях безработицы и невостребованности знаний, полученных в вузах…Накопленный годами отрицательный потенциал требовал выхода. И он выразился в своеобразном протесте против религиозных постулатов смирения и всепрощения. Молодым нужны были другие лозунги и цели. А теперь иди и гадай: сами они их придумали или же им их подсунули в конфетной упаковке?
Вот тут бы осетинской национальной элите, зашоренной поисками личного благополучия, и обеспокоиться судьбами поколений, которые неминуемо придут к власти в скором будущем. Обеспокоиться теми, кому они вверяют свою старость. Но «мне» и «нам» – антиподы в капиталистических реалиях. Общность в традиционном понимании осетин давно утратила свой смысл.
Ну, хорошо, а где были наши священнослужители? Где были, скажем, православные иерархи, коим, владеющим правом выслушивать исповедь, не нужно было окунаться в клоаку социальных сетей? Ведь недаром, напутствуя владыку Леонида после рукоположения во епископы, Святейший Патриарх Кирилл сказал: «Пусть одним из главных направлений вашей деятельности в качестве епископа станет работа с молодым поколением». Почему так мало молодых среди тех, кто хотя бы раз в месяц испытывает потребность посетить храм? Храмов становится все больше, а прихожан – все меньше…

Владикавказ всегда был местом средоточия людей самых разных вероисповеданий и языков. Местом толерантным даже к чужому и неведомому, вот почему сюда стремился не только торговый и служивый люд, но и всемирно известные путешественники, писатели, драматурги, ученые… Наверное, не случайно взял сюда в один конец билет на поезд великий писатель и основоположник всепрощенчества, которое вошло в историю под названием «толстовство».

В социальных сетях, где я провожу немало времени отнюдь не из праздного любопытства, а из желания поделиться с теми, кто испытывает в этом потребность, своими знаниями и опытом, таких с каждым днем становится все больше. И это хорошо, но явно недостаточно. Привычка сторониться событий уже стоила нам утраты империи, осталось только потерять и Россию…

Так вот, в осетинском сегменте «Фейсбука» в последнее время все более отчетливо обозначаются скрытные еще недавно поползновения некоторых представителей интеллигенции за пересмотр уроков истории, за глоризацию монархии и «белого движения» в противоположность советской власти и связанным с ней изменениям в обществе. И все бы ничего, будь это истолковано стремлением к историческому примирению, как это предлагает президент страны, однако закамуфлированное под добродетель желание сатисфакции ведет, скорее, к разобщенности в обществе, а потом – и к открытой вражде. Порой доходит до полного абсурда, до безапелляционной реабилитации людей, уже однажды осужденных законом и историей без права на помилование. Так под прессингом обстоятельств меняются наши нравы и нравственные ценности, так меняется в своих проявлениях человек…

Нынешнее время в Северной Осетии мало чем отличается от недавнего и давнего прошлого – все та же борьба за власть. Но то, что для обществ цивилизованных является не больше, чем атрибутом политической повседневности, для нас становится способом расколоть общность, дорваться до власти и насладиться ею. В рамках дозволенного законами и правилами приличия политическая активность населения может стать хорошей школой государственности. Но с нашими необузданными нравами это стало только школой злословия.

Не склонен искать в конфликте интересов различных групп общества «длинную руку» ЦРУ или же МИ-6, но ведь почва для них давно уже взрыхлена, осталось только Аннушке разлить масло.

Это я тем, кто, сам живя в стеклянном доме, бросает в других камни: этот нам не нравится, тот нам не угодил…Как можно, находясь в эпицентре конфликтов на постсоветском пространстве, перебирать «харчами»?! И в первых рядах зачастую бывают те, кто при первой же опасности возьмет путевку на Канары, а потом будет в красках рассказывать следующим поколениям о своем героическом прошлом. Нам это должно быть знакомо.

…Спасая Лота, Господь запретил ему оглядываться на Содом. У владыки Леонида есть по жизни лозунг: «Nomiresatras», что по-испански означает: «Не оглядывайся назад». Но наше прошлое не только стыдливо прячет в себе грехи бесславных предков, но и лелеет славные свершения наших отцов и дедов, на плечах которых и стоим. И мы остерегаемся стрелять в это прошлое гаджетами настоящего, дабы будущее не отозвалось канонадой. И традиционные верования осетин никогда не приходили и не придут в конфликт с другими их верованиями и верованиями людей, рядом живущих. Ибо есть на то воля Господня…

Автор: Олег Цаголов, член союза журналистов. Газета "Северная Осетия"