15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
(Ясно)
35 %
3.3 м/с
Капитал Кавказа — сохранение духовной матрицы
26.02.2014
00:18
Капитал Кавказа — сохранение духовной матрицы

Доктор политических наук Игорь Панарин в интервью газете «Слово» рассказал о геополитическом раскладе на южной части России.

— Как сегодня выстраиваются векторы российской политики на Кавказе?
— Начнем с того, что февраль для нас любопытен сочинской Олимпиадой, в которой участвовали более 80 стран мира и на которую прибыли 44 лидера государств, в том числе, глава Китая. Символично, что свой первый зарубежный визит китайский лидер совершил именно в Россию и именно на Кавказ, и это, несмотря на желание американцев, чтобы первой страной, которую он посетит, стала Америка. Кроме того, зимняя Олимпиада впервые вышла за рамки чисто спортивного мероприятия и стала местом международных встреч. Это говорит о том, что один из стратегических векторов сочинской Олимпиады — превращение Кавказа, в том числе, в одну из политических международных дискуссионных площадок. Сегодняшняя Олимпиада, это не только спортивное мероприятие, но в том числе и политика. И здесь само по себе решение Путина о проведении Олимпиады в Сочи является как раз одним из краеугольных камней новой кавказской политики России, которое влечет за собой ряд составляющих. Прежде всего привлечение к Кавказу внимания как к новой политической площадке. Мы видим, что в рамках Олимпиады все проходит на высоком организационном уровне — это говорит о том, что проведена колоссальная работа. Я не исключаю, что Давос, который медленно умирает, мог бы быть реструктурирован здесь на Юге России. То, что сегодня происходит в Сочи — это в каком-то смысле попытка создать на территории Кавказа свой новый политический Давос — площадку, которая бы позволяла одновременно политическим игрокам не только проводить переговоры, но и отдыхать.
Это начало новой стратегической политики. Но отсюда возникает вопрос, какая площадка если на Кавказе длительное время были конфликты. И сразу встает вторая задача — обеспечение безопасности. Поэтому вторая стратегия — это создание вокруг сочинской площадки пояса стабильности, который охватывал бы не только территорию Краснодарского края, но и республик Северного Кавказа. Так, последние четыре года Александр Хлопонин в ранге полпреда создавал второй пояс добрососедства. Одновременно превращая зону достаточно сложных и межэтнических конфликтов и экономических проблем в территорию, которая бы притягивалась к новому политическому полюсу.

— По вашему мнению, Хлопонину это удалось?
— В целом за 4 года нельзя сказать, что были достигнуты феноменальные результаты. Достаточно много ошибок. Мешали и коррупционные проблемы. Но с другой стороны нельзя не видеть, что эта стратегия, пусть медленно и вязко, но тем не менее осуществляется. Третья задача — это стабилизация властных элит в регионе Кавказа и налаживание комфортных отношений между элитами. С моей точки зрения и этот курс достаточно ровно и стабильно осуществляется. Да, и здесь бывают срывы, но они более или менее регулируются. Политика федерального центра нацелена на создание комфортных условий в Кавказском регионе и минимизацию тех угроз со стороны внешних игроков, которые пытаются играть на безработице, социально-экономических трудностях, внедрении радикальных течений, направленных на дестабилизацию. При этом объектом их влияния становится, прежде всего, молодежь.

— Если говорить о начале 2000 годов, то фактически это было время, когда стоял вопрос о потере Россией Кавказа. Сегодня вопрос не стоит в такой плоскости.
— Вопрос так не стоит, в настоящее время речь идет о том, насколько эффективно тратятся ресурсы, но, повторюсь, разве обретение в Кавказском регионе стабильности — это не эффективный результат? Сегодня это воспринимается так, будто само собой появилось, но это неверно. И здесь надо говорить о том, что курс взятый президентом был правильный. Возможно, проводится недостаточно информационно-разъяснительной работы по реализации реальных достижений. Я как-то летел на Кавказ с бизнесменом из Москвы и спрашиваю его: ну как там? На мой вопрос он мне ответил, что год назад знакомые отправляли его чуть ли не на смерть, а теперь он говорит, что проездил все кавказские регионы и искренне удивлен тем, что реальная жизнь здесь гораздо лучше, чем показывают на телеэкранах. Это проблема определенной кавказофобской информационной политики. То есть у тех, кто здесь побывал, совершенно другие ощущения. Я проводил мини-экспертный опрос, в котором был перечень угроз стабильности на Кавказе. К моему удивлению, эксперты поставили на первое место угрозу негативной информационной политики федеральных СМИ по отношению к Кавказу. Причем речь идет вообще об отсутствии позитива с территории всего кавказского региона. Ощущение как будто стоит задача — дать или ничего, или плохо, или факты короткой строкой. С моей точки зрения задача федерального центра изменить информационную политику хотя бы государственных телеканалов. Понятно, что частные каналы могут давать картинку, какую им вздумается.

— У Хлопонина ведь были попытки переломить ситуацию. С его приходом в республиках стало проводиться много различных мероприятий, для участия в которых приглашались гости со всей России и даже из-за рубежа. Ставка на то, что увидят, уедут домой и там расскажут. Но вместе с этим мы опять же сталкиваемся с тем, что даже эти, зачастую масштабные мероприятия, не всегда находят отражение на федеральных каналах.
— Это так. Даже посмотрим форум в Пятигорске, который прошел в конце прошлого года. На него съехались практически все главы регионов СКФО. Но ни один центральный телеканал не показал это мероприятие.

— В таком случае может нам стоит действовать так же, как Россия, которая создает свой канал RussiaToday, вещающий на зарубежом, и уже наработавший постоянный контент среди зрителей. Может и кавказским республикам пора объединиться и создать свой телевизионный информационный продукт.
— Я думаю, что в целом концепция создания своего информационного пула абсолютно правильная, и то, что первый этап стратегии Александра Хлопонина был направлен именно на проведение масштабных мероприятий — было началом этого процесса. Сейчас стоит задача создать мощный медиакомплекс сопровождения проводимых мероприятий. Я абсолютно убежден, что, созданное сегодня в рамках IT— парк «Алания», интернет-телевидение — Ossetia.tv станет ядром всей будущей кавказской информационной политики и модератором информационных потоков, которые потом будут распространяться, в том числе, и за пределы России. Хороший задел в этом направлении есть, так как Ossetia.tv договорилась о распространении своих материалов через канал RussiaToday. И, кроме того, сама концепция канала Ossetia.tv, созданного в социальных сетях — это сегодня, что называется, на гребне волны. И то, что Осетия смогла стать лидером в создании первого регионального канала социальных медиа — это успех. Сам Хлопонин поддержал эту идею.

— Следующий вопрос касается излюбленных тем либералов — это и движение ЛГБТ, и так называемые «молитвы» в храме PussyRiot и так далее. Актуальность этих вопросов России сегодня пытается навязать Запад и Америка. Кавказ — территория традиционная, где столь неоднозначные идеи воспринимаются негативно. Тем не менее насколько они могут быть здесь опасны?
— Я приведу пример Армении, где 98% резко негативно относятся к движению ЛГБТ. В этом смысле интересно, что посол США в Армении несколько раз встречался с мэром Еревана только по одной проблеме — предоставление прав меньшинствам. То есть, ведется внешняя работа, точно так же, как она ведется и на территории Кавказа. В этом смысле внешнее воздействие направлено на поиск психически неадекватных людей, которые способны проводить внешнюю политику, направленную на размывание духовно-нравственного костяка российского общества, и в том числе на Кавказе. В этом смысле, наряду со стратегическими курсами России, о которых мы уже говорили, сохранение этой духовной матрицы традиционных духовно-нравственных ценностей — как раз капитал Кавказа, который необходимо сохранять.

— То есть, вот это размытие нам грозит…
— Грозит обвалом. При всех минусах прошлых 20 лет, система традиционных семейных ценностей — это некий фундамент, который сплачивал людей в кавказских республиках. А здесь попытка раскола, в том числе именно на этом фундаментальном уровне. Потому что традиционные ценности — одни из тех скреп, о которых говорил в послании Путин. И по ним целенаправленно наносится удар. С этой позиции необходимо показывать позитивный опыт кавказского региона в восприятиях этих Европейских тенденций. В Осетии фундамент этого отношения, с моей точки зрения, глава республики Таймураз Мамсуров. Его можно назвать лидером традиционалистов, который четко и планомерно проводит линию на сохранение духовно нравственных ценностей и защите их от внешнего посягательства. Если посмотреть российское пространство, то Кавказ в данном вопросе является цементирующим монолитом, поэтому по нему также наносятся удары, и либералы под разными соусами в различных аналитических записках пытаются торпедировать стратегический, политический и экономический курсы на Кавказе как раз призывами к демонтажу духовно нравственных устоев различных народов, проживающих здесь.
Это очень опасное явление. В отдельных местах на Кавказе есть проблемы и локальные пожары социально— экономических и политических противоречий. Идет также внешняя экспансия через Саудовскую Аравию и Катар экстремистской идеологии, направленной на раскол общества, но рецепты, которые сегодня предлагают либералы — это тушение пожара локальных проблем не водой, а бензином, который приведет к еще большей эскалации напряженности. Думаю, среди российских либералов есть люди, которые целенаправленно проводят линию не просто на отрыв Кавказа от России, а на создание мощного очага нестабильности и напряженности, который угрожает не только населению на Северном Кавказе, но и всей стране в целом. То есть, это сценарий сирийско-ливийский и киевский. Его необходимо блокировать на разных уровнях.

— Экспансия радикально ислама сегодня наблюдается практически по всей территории России, не говоря уже о Кавказе. Как нам с этим быть?
— Мы сегодня имеем прецедент, когда западными разведками целенаправленно создано экстремистское крыло, в основном из представителей исламских государств, и тех, кто исповедует ислам, проживая на территории Европы, России, а также бывших союзных республик. Создан террористический интернационал, который действует под идеологией радикального экстремизма-ваххабизма. Фактически это даже не исламское течение, а радикальная политическая доктрина, которая нацелена для борьбы с противниками. И здесь надо говорить о том, что Кавказ очень уязвим. Если мы посмотрим последние события, то увидим, что те муфтии, которые проповедовали традиционный ислам на протяжении последних десятилетий, уничтожались физически. Одновременно на деньги Катара и Саудовской Аравии молодые люди направлялись в специально созданные учреждения, которые собственно проповедовали не столько духовно-нравственные религиозные ценности, а абсолютно геополитические моменты. Конечно, эта угроза существует уже не только на Кавказе. Практически идет идеологическое проникновение и создание экстремистского подполья по сути на всей территории России. Мы видим неплохой опыт противодействия этой экстремистской идеологии на территории Чеченской Республики, где выстроена определенная система противодействия. Но Россия в целом на государственном уровне пока делает первые осторожные шаги по противодействию распространению радикализма. Сегодня необходимы авторитеты, которые будут работать с молодежью. Важнейший компонент противодействия экстремизму также информационная политика, которая должна показывать все негативные составляющие этого процесса. Необходимо выявлять не только конкретных исполнителей экстремистских действий, а также откуда идет финансирование. И вопрос идеологического информационного обеспечения как раз проблема, которая еще недостаточно решается. Но, я надеюсь, что поток внешнего воздействия будет заблокирован.»Слово» (публикуется с незначительными сокращениями)