15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
17°
(Облачно)
36 %
3 м/с
Казбек Каргинов: Честолюбие и тщеславие – разные вещи…
14.05.2010
17:59
Казбек Каргинов: Честолюбие и тщеславие – разные вещи…

Свои первые деньги Казбек КАРГИНОВ заработал в пять лет. Бегал по владикавказскому базару и продавал торговцам и покупателям холодную воду. «Какой умный человек догадался установить кран так далеко, что многим лень туда идти и легче купить стакан воды у меня», — удивлялся Казбек, пересчитывая заработанные медяки. На них же выучился азам арифметики, и в школу пришел, уже умея считать и писать. Природные смекалка и хватка проявились и позже, когда Казбек поступил и начал учиться в ГМИ, параллельно с дипломом получил восемь удостоверений по рабочим профессиям и уехал работать в Норильск. А там — планомерный, без провалов, карьерный рост по намеченному плану: от рядового рабочего до советника первого заместителя генерального директора ОАО ГМК «Норильский никель», и около полувека успешной работы. На малой родине Казбек Каргинов хорошо известен и тем, что возглавлял республиканское правительство три года, что регулярно помогает выпускникам СКГМИ найти свое место в жизни, приглашая поработать на предприятиях «Норильского никеля».

— Вы регулярно приезжаете сюда, встречаетесь со студентами, приглашаете их работать на предприятиях «Норильского никеля». Выходит, наши специалисты там востребованы. Они на хорошем счету?
— Конечно, в основном, все показывают себя в лучшем свете. Причин несколько. Во-первых, здесь, в Норильске, все проходят достаточно жесткий отбор. И потом на месте им уже нельзя вести себя абы как — рядом ходим мы, старшие. Молодые работники там как на ладони, и это все не дает им расслабляться. На производстве как происходит? Ты можешь ходить каким угодно красавцем, но стоит тебе прийти в рабочий коллектив, и уже через два дня про тебя точно скажут, что ты за человек. И мне достаточно полчаса поговорить с человеком моей специальности, чтобы сказать — можно с ним работать или нет. В 1972 году я приехал сюда и выбрал 10 человек. Повез их работать в Норильск. Там все они стали как минимум директорами рудника, а два из них стали заместителями директора комбинатов — Богданов и Федоренко. А вообще пример старших земляков ко многому обязывает, и здесь в молодых специалистах должен сыграть элемент честолюбия. Я всегда на это давлю. Мне нравится в нашем народе честолюбие. В хорошем смысле этого слова.

— Почему же отсюда уезжают к вам в Норильск? За длинным рублем?
— Конечно. Я обещаю студентам во время встреч, что их зарплата на начальном уровне составит порядка 40-50 тыс. рублей. Где они в Осетии такие деньги заработают? И где все эти получающие дипломы горняки в Осетии будут работать, какую карьеру смогут построить? А уезжают еще и потому, что дома при трудоустройстве нередко преимущество не у профессионала, а у родственника работодателя, или у того, кто может что-то предложить в обмен на хорошую вакансию. Такое положение дел, естественно, давит любое желание работать над собой, к чему-то стремиться. А тот, у кого стремление чего-то добиться все-таки есть, едет туда, где его оценят по способностям, предоставят возможность раскрываться, расти, приносить пользу. И получать за это адекватную плату. На стороне нас и ценят, и видят, и продвигают потому, что мы трудоспособностью своей там выделяемся. А здесь друг на друга смотрят и больше завидуют. А зависть — это не дай Бог. Вот в этом наша беда: человек инициативный, который хочет что-то сделать, у нас всегда пробивается с неимоверным трудом — ему почему-то никто не поможет, наоборот, сделают все, чтобы было хуже. Кому повезло — тот пробивается, но таких совсем не так много, как могло бы быть.

— Ваш опыт должен вас убедить: ситуация в нашей республике не так радикально отличается от положения вещей в других регионах? Разве везде не так?
— Хорошего у нас немало, и положительные изменения происходят. Но это заметно в основном больше во Владикавказе. Селу теперь надо больше помочь. Я вообще люблю Владикавказ. Есть места, которые можно сделать сказкой! Набережная Терека, другие районы, все преображается. А наши вузы? Один СКГМИ чего стоит! Автономные по расположению корпуса, продуманные, компактные: учись — не хочу. А вот студенты в большей своей массе, уж прости за откровенность, лентяи. К сожалению. Возможно, именно потому, что не видят перспектив реализации себя как работника, профессионала. Иметь огромное количество пропусков занятий, когда тебе дается возможность освоить теорию, чтобы потом применять ее на практике — это никуда не годится! Есть же простые истины: теория без практики слепа. А практика без теории — тупа. Вот и все, отсюда все наши беды. А у нас учиться как попало, потом работать как попало, уже вошло в привычку.

— Как вы думаете, почему сложилось такое отношение?
— Я всегда работал с таким девизом: сделай сперва что-то для людей, и тебе тоже достанется. Надо чтобы на всех уровнях люди безоговорочно доверяли своему руководителю. Пустые лозунги и призывы сегодня никому не нужны. Люди хорошо различают, кто просто говорит, а кто предлагает работать, чтобы все лучше жили. А здесь у нас во всех сферах деятельности слишком много «туфтят». Халтурят. Потому что размыто чувство ответственности, и работают, как попало. Когда я работал в правительстве республики, то часто выезжал на объекты. И как-то раз в одном месте увидел, как рабочие укладывают бордюр. Спрашиваю: а корытце вы сделали? На меня смотрят непонимающими глазами. По технологии сначала надо делать бетонную основу в виде корыта, куда потом устанавливаются эти бордюрные плиты. У нас же просто ставят поребрик в яму и притаптывают его землей. Потом кидают асфальт и через некоторое время бордюр кривится, падает… Так вот я ночью пришел и ногой без всяких усилий повалил метров 150 этого поребрика. Утром пришли рабочие стали ругаться: кому делать нечего было? Какой… это сделал?.. Пришлось объяснить, кто и почему это сделал. Переделали всю работу как миленькие. Но это только один пример, а такое встречается если не на каждом шагу, то нередко. А ведь эти работники тоже чьи-то старшие. На кого тогда равняться молодежи?

— Выходит, время реформ выхолостило у многих чувство ответственности?
— Не у всех, к счастью. Люди, которые уезжают и которые остаются — в принципе те же, но где-то они чувствуют ответственность, а дома они не ощущают, что от них всегда и везде требуется образцовое исполнение. Я часто общаюсь с молодежью. Интересный феномен: по отдельности каждый из молодых людей — абсолютно нормальный человек, но как только их собирается группа — все, моментально превращаются в серую массу. Почему? Не могу понять. Наверное, какой-то страх выделиться из толпы, проявить себя как личность. Ведь у нас за пределами Осетии работает много классных инженеров, специалистов в других областях. Можно было бы сделать ревизию таких кадров, придумать, как привлечь их сюда, чтобы трудились на благо республики. Надо, чтобы такие люди не выглядели белыми воронами, и я таким себя ощущал, когда меня пригласили работать в республике. Людей надо озадачить, дать им фронт работы, зарплату. Как говорится, оставьте человека один на один с работой, и он начнет творить чудеса.

— Странная ситуация, не правда ли: даем стране столько талантливых кадров, планируем превратить свою республику в процветающий оазис, но есть проблема кадрового потенциала.
— У нас для этого есть все: и ресурсы, и природа, и возможности. И наши люди на самом деле делом доказывают где-то в других регионах, что могут трудиться во всяком случае не хуже других, а благодаря более сильно выраженному честолюбию — даже лучше. Но у этой черты есть другая крайность — тщеславие, которое я страшно не люблю и которое часто здесь у нас, как говорится — среди своих, начинает превалировать. А на тщеславии далеко не уедешь. Оно годится только для тостов.
Нужно реально трудиться, стремиться, работать над собой. А сложившуюся ситуацию, когда молодежь воспринимает свои перспективы как болото, надо менять системно. И начинать надо со старших, которые сначала должны показать пример, а потом и потребовать такого же отношения к своему делу.«Северная Осетия»