15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
12°
(Облачно)
37 %
2 м/с
Кому доверить пистолет?
20.05.2010
16:32
Кому доверить пистолет?

— Купи «макар», он вообще как настоящий! — настойчиво уговаривал товарища паренек в футболке.
— Не, я «хорхе» возьму, там патронов больше в обойме, на свадьбе пострелять — самое то, — авторитетно отвечал счастливый обладатель лицензии на приобретение оружия самообороны, а с виду — вчерашний школьник.
Этот услышанный, а вовсе не придуманный мной разговор у прилавка в одном из оружейных магазинов города мог бы показаться странным, если бы не стал уже типичным: желание купить заветный «резинострел» становится повальным увлечением, и при этом то, что этот вид оружия предназначен для самообороны, а не для баловства, для большинства покупателей не факт, и думают они, скорее всего, как раз-таки наоборот. Кто покупает и как пользуется травматическим оружием в Северной Осетии? Об этом — в беседе с начальником Отдела лицензионно-разрешительной работы МВД РФ по РСО–А Виктора МАРТЫНОВА.

— Виктор Петрович, как выглядит сегодня среднестатистический покупатель травматического пистолета? Или обобщать не стоит?
— Обращаются с заявлением на получение лицензии самые разные люди, но есть определенная, наиболее многочисленная категория — это молодежь, студенты, которым недавно исполнилось 18 лет, и поэтому появилось, на их взгляд, законное основание стать владельцами оружия самообороны. Я лично общаюсь с теми, кто собрал необходимые документы и уже близок к получению лицензии на покупку «травматика». Но очень мало кто из молодых людей, заметьте, может внятно обосновать необходимость приобретения пистолета. При этом многие не имеют ни постоянного места работы, ни определенного рода занятий. Для молодежи это просто мода: вот у моего товарища есть «резинострел» — это круто. Значит, и у меня должен быть такой же. О том, что оружие — это большая ответственность, явно не задумываются многие, и это очевидно, даже в армии не служили, так что о навыках владения оружием речь вообще не идет.
Но по закону, если человек достиг совершеннолетия и собрал все необходимые документы, мы отказать в выдаче лицензии не можем. Хотя иногда и очень хочется. Сама статистика требует того, чтобы более вдумчиво подходить к решению вопроса: давать человеку право на приобретение оружия самообороны или не давать.
— А что, кстати, говорит статистика? Много ли стреляют по принципу «надо — не надо»?
— Отвечу цифрами. С начала этого года зафиксированы 11 несчастных случаев, в том числе 8 — с летальным исходом; 14 преступлений против личности; 5 случаев кражи личного оружия из-за халатности владельцев и только 7 случаев применения оружия в рамках необходимой самообороны. Несложно подсчитать, что ситуаций, в которых травматический пистолет принес своим владельцам неприятности, примерно в 4 раза больше, чем тех, где он действительно пригодился по назначению.
— Можете привести примеры и тех, и других ситуаций?
— Могу. Вот, например, два товарища, которые решили поиграть в ковбоев, встали друг напротив друга с пистолетами и устроили «дуэль». В результате оба угодили с травмами в больницу. Оружие у них, конечно, пришлось изъять, лицензий они тоже лишились и уже никогда их не получат. А на простой вопрос, зачем все это было нужно, оба ответили, что хотели испытать поражающую силу «резинострела». Выводы о зрелости ума этих молодых людей делайте сами.
Но бывает и по-другому: между двумя братьями случился конфликт. Один из них — наркоман, неоднократно судимый — требовал у матери денег на дозу, начал ее бить, потом переключился на брата, который вступился за мать. В результате брат, законопослушный порядочный человек, был вынужден остановить негодяя выстрелом из травматического пистолета. Он поступил абсолютно правомерно, защитив жизни и здоровье свои и другого человека, поэтому никакого наказания нести не будет.
— Что можно сделать для того, чтобы «ковбоев» у нас стало как можно меньше? Предлагаете ужесточить требования?
— Не я предлагаю, — сама жизнь диктует такую необходимость. И на федеральном уровне в ближайшее время мы ожидаем поправок в закон, которые упростили бы отсев тех граждан, которым оружие в руки давать не стоит. На региональном уровне мы (МВД) тоже обратились в правительство республики с предложением ввести ряд ограничений для желающих стать владельцами «травматика»: поднять возрастную планку с 18 лет до 21 года, отдать предпочтение тем, кто отслужил в армии, сделать необходимым четкое обоснование, для чего это оружие планируется купить. В последнее время мы и так ввели ряд мер, которые как-то сдерживают повальное приобретение гражданского оружия кем попало: все положительные решения о выдаче лицензии проходят через меня лично, к стандартному набору справок я требую прилагать рапорт моих подчиненных о беседе с претендентом, чтобы знать, кто он, с кем живет, кто еще может теоретически получить доступ к оружию. Надо ближе знать тех, кого мы вооружаем.
— А сколько «стволов» у нас сейчас на руках? Так ли масштабна эта проблема?
— Если вы спрашиваете о травматических пистолетах, то ими владеют порядка 4 тысяч граждан республики. И желающих становится все больше, причем категория молодых людей остается самой многочисленной. По-человечески я не совсем понимаю, кого они так боятся и от кого собираются защищаться. Гораздо нужнее это оружие людям зрелым или пожилым, которым физическое состояние не позволяет отбиться от злоумышленников своими силами. Тем, кто по работе связан с перевозкой денег, занимается бизнесом, отслужил в органах и по работе мог нажить врагов среди криминальных элементов. Тем же работникам охранных предприятий, которые тоже к нам обращаются. А для юношей это всего лишь модный атрибут, владение которым зачастую может плохо закончиться.
— Из-за чего, по-вашему, так много несчастных случаев или случаев утери оружия среди владельцев «травматики»?
— У нас низкая культура владения оружием. Тот, у кого есть пистолет, не должен выделяться среди окружающих, вести себя вызывающе, «невзначай» демонстрировать оружие у себя за поясом или под мышкой. Это и называется культурой. Пистолет, повторюсь, не только уравнивает шансы, но и призывает к ответственности. Это касается и ношения, и применения, и хранения. Когда парень в спортивных штанах пытается сунуть пистолет за резинку и идет отдыхать на набережную Терека, он, скорее всего, не понимает всей серьезности владения оружием. Или когда человек бросает пистолет в машине, оставляет дома на видном месте. А это приводит не только к тому, что оружие могут украсть и затем использовать в преступных целях. Недавно, например, был случай, когда молодой парень покончил жизнь самоубийством из оружия своего отца. Как он получил к нему доступ? И как корит себя сейчас отец, который недоглядел…
— Может, запретить продажу такого оружия вообще?
— Не думаю. Оружие самообороны нужно. Тем более что это разрешено законом. Как, допустим, отстоять домовладение пенсионеру? Стрелять из дробовика? Придется отвечать за убийство. А травматическое оружие дает возможность обороняться, не вступая в конфликт с законом. Надо просто обозначить четкие и жесткие критерии отбора тех людей, кому такое оружие в руки давать можно. И необходимые поправки в закон мы с нетерпением ждем. Это облегчит работу нам и положительно повлияет на ситуацию в целом. Есть и другие меры. С апреля этого года мы начали проводить контрольный отстрел всех травматических пистолетов, создаем гильзотеку, чтобы вести учет, точно знать, кто стрелял, если вдруг понадобится это установить. Но главное — человеческое сознание. Если владелец оружия самообороны будет серьезно и ответственно к нему относиться, проявлять внутреннюю культуру, знать свои законные права и обязанности, соблюдать правила безопасности, хранения — неприятностей с законом у него, скорее всего, не будет.
«Северная Осетия»