15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
18°
(Облачно)
63 %
1.85 м/с
Коняев: Жаль, нас осталось немного
08.05.2010
21:00
Коняев: Жаль, нас осталось немного

Полный кавалер Орденов Славы Виктор Коняев рассказал в интервью «15-му Региону» почему так и не получил самую высокую государственную медаль — звание Героя Советского Союза.

С прославленным ветераном и отважным разведчиком мы встретились в преддверии 65-летия Великой Победы. Виктор Михайлович уже готовился к выезду в Москву, где он и встретит самый дорогой для себя праздник.
— Это еще и самый знаменательный праздник! — говорит фронтовик. — Человечество знает много страшных воин. Нам удалось победить самого коварного врага, освободить Европу. Показателен вклад в Победу выходцев из Северной Осетии, из которых более 70 стали Героями Советского Союза, 12 — полными кавалерами Орденов Славы. Увы, из всех них до 65-летнего юбилея дожил только я.
— 65-летие Победы вы встретите на главном параде страны на Красной Площади. Сами выразили желание выехать в Москву?
— А больше некому! Многие фронтовики по состоянию здоровья не осилят столь дальнюю дорогу. Поедем вместе с Муратом Лековым. Надеюсь, встречу кого-нибудь из однополчан, вспомним свои фронтовые дороги.
— Приходилось уже пересекаться с однополчанами в Москве?
— В Москве нет. Но к боевым товарищам раньше периодически наведывался. Прежде, во времена Союза, у нас был льготный проезд в оба конца на авиатранспорте в любую точку страны. Бывало, прилечу к своему фронтовому другу, погощу у него пару дней и домой. Раньше собирались ветераны дивизии в Тернополе, Киеве и Краснодаре — городах, которые мы освобождали.
— Как попали на фронт?
— Все мои сверстники добровольцами уходили на фронт. Многим еще и 18-ти не исполнилось. А мне и вовсе еще 17 не было. Если быть точнее, 16 лет и 8 месяцев. В военкомате условие поставил: не возьмете сами, все равно сбегу на фронт. Как сейчас помню, было это 2 августа 1942 года. А уже через два месяца, 3 октября, у Эльхотовских ворот принял боевое крещение.
30 сентября нас выгрузили на железнодорожной станции в Беслане и отправили пешком до Заманкула. Пока дошли, начало рассветать. Там нам был дан приказ окопаться в кукурузе, а под утро следующего дня сменили на оборонительной линии моряков. В тот же день вступили в бой. Очень много осетин было в нашей дивизии. Также она была укомплектована жителями Кабардино-Балкарии, Ставропольского и Краснодарского краев. Большинство из нас были еще совсем молодыми — по 18-19 лет. Воевали под Эльхотово, Малгобеком, Курпом. Начинал пулеметчиком. Но уже через полтора месяца меня перевели в полковую разведку.
— Учиться новой военной профессии долго пришлось?
— Не до учебы тогда было. В разведке главным образом голова нужна, да и смелость надо было иметь. Решения необходимо было принимать быстро. Вот и вся наша наука!
— Расскажите о своих фронтовых дорогах.
— Из родной Осетии в составе 9-й армии гнал немца до Краснодара. Здесь получил легкое ранение, и после госпиталя попал в новую дивизию, которая шла из Сталинграда и освобождала в Ростов. К сентябрю 1943 года дошли до Запорожья. Там нашу дивизию вывели, погрузили в эшелон и отправили освобождать Киев. Так мы попали в 60-ю армию, в которой и закончил войну. Участвовал в освобождении Польши и Чехословакии. Война для меня закончилась в 60 км от Праги. Кстати, 8 мая получил уже пятое ранение. В медсанбате мне обработали рану, после чего убежал в свою роту, к боевым товарищам. Через два дня нас отправили в лес строить лагерь, а вскоре перевели в Германию. Там нашу дивизию расформировали и в составе бригады отправили в Вологду. А я вернулся служить домой, во Владикавказ, в пехотное училище, которое затем стало офицерско-суворовским. Демобилизовался в 1950 году и стал работать на «Электроцинке».

В марте 1944 года 302-я стрелковая дивизия готовилась к наступлению в районе Тернополя. Чтобы получить данные о противнике, системе его обороны, численности живой силы, наличии техники, в расположение врага была послана разведгруппа. В ее состав вошел и Виктор Коняев. Под покровом темноты разведчики углубились в тыл врага. Замаскировавшись в кустарнике, два часа бойцы наблюдали за немцами, выискивали объект, где можно было взять «языка». Разведчики разглядели ход сообщения, который вел к небольшому возвышению, где была оборудована огневая точка. Разведчики вплотную подобрались к огневой точке, но немцы вдруг что-то заподозрили. Ствол пулемета повернулся в сторону разведчиков. И в этот самый момент Коняев бросил гранату и первым ворвался в окоп врага. Оставшегося в живых гитлеровца Коняев скрутил в мгновенье ока и быстро поволок в сторону своей части. Через неделю Коняев пленил еще одного фашиста, у которого оказались ценные сведения. Спустя несколько дней, за мужество и отвагу Коняев был награжден орденом Славы III степени.

— Выходит, вы совсем немного участвовали в оборонительных боях. Преимущественно шли в наступлении. Психологически, наверное, легче было подниматься в атаку…
— Зато во время атак больше теряешь людей, особенно когда приходилось прорывать оборону. Вот только при освобождении Тернопольской области погибло 7 Героев СССР. Один из них из нашей дивизии — Анатолий Живов, который повторил подвиг Александра Матросова. Но должен сказать, что начиная с 1943 года воевать было куда легче. До этого преимущественно обходились винтовками Симонова. Пятизарядными или десятизарядными. В середине войны массово появились автоматы, фронт лучше стал снабжаться техникой — танками, артиллерией, катюшами. Все это благодаря нашему крепкому тылу.
— Как считаете, за счет чего была выиграна война?
— За счет патриотизма, любви к родине. Клич «За Родину! За Сталина!» никого не мог оставить равнодушным. Сейчас от этого ничего не осталось. Что и говорить, если армия у нас становится контрактной? Я этого никак не пойму. Поэтому когда бываю в школах, встречаюсь с детьми, всегда говорю мальчикам, что воинский долг — это святое дело!
— Дети слушают ваши рассказы?
— Да еще как! Я бы даже сказал, жадно слушают, затем задают много вопросов. Это меня радует. Если зовут пообщаться с молодежью, ни от одного приглашения не отказываюсь, как бы трудно мне ни было идти. Рассказываю им о жизни, и о войне.

В мае 44-го разведчикам предстояло взять «языка» в блиндаже, который располагался на хорошей позиции, откуда просматривалась местность, а перед передним краем врага протекала река. Командир Куркин сформировал группу из самых опытных и смелых воинов. В нее вошел и красноармеец Коняев. Перед рейдом разведчики долго тренировались. Брать «языка» решили ночью. В помощь разведчикам выделили двух саперов. Старший сержант Куркин разбил группу на две части. Коняев вошел в первую, которую возглавил сам Куркин. Она должна была брать «языка». Вторая — прикрывать ее. Первая группа незамеченной обошла огневую точку и вплотную приблизилась к ней. Настал решающий момент. Разведчики действовали стремительно, дерзко. Забросав блиндаж гранатами, они ворвались в него. Нападение было настолько неожиданным, что гитлеровцы опешили и не успели оказать сопротивление. В блиндаже Коняев нашел уцелевшего немецкого офицера и захватил его. Группа без потерь вернулась в расположение своих войск. Все разведчики были представлены к наградам. 7 июня 1944 года Виктор Коняев получил Орден Славы II степени.
В августе 44-го разведрота, в которую входил Коняев, за день очистила от немцев три четырехэтажных дома. Атаки нашей пехоты немцам удавалось отбить. Но с опытными разведчиками враг не справился и сдал свои позиции в городе. Там же Коняев получил ранение. Командир представил его к званию Героя Советского Союза. В госпиталь боевые товарищи писали ему письма с поздравлениями. Но когда выписался из госпиталя и вернулся в свою часть, выяснилось, что вместо этого Коняеву вручен второй орден Красной Звезды.

— Расстроились ли, когда узнали, что вместо звания Героя получите орден Красной Звезды?
— Нет, орден так орден. Мы же не за награды воевали. Ордена и медали — это было второстепенным на фронте. Хотя каждая боевая награда дорога по-своему.
— Как считаете, достаточно ли внимания государство и общество уделяет ветеранам?
— Сейчас не обижают нас. Выплачивают двойную пенсию — трудовую и как участникам войны (в среднем пенсия фронтовиков составляет 18,5 тыс. рублей — прим. «15»). Но иной раз больно бывает слышать, как где-то крадут у ветеранов медали, а порой и убивают.
— Много ходит суждений о том, что с каждым годом ценность Победы утрачивается. А как кажется вам?
— Не сказал бы, что ценность Великой Победы утрачивается. Думаю, пока живы ветераны, этого не произойдет. Другое дело — что будет потом. Тут уже мне сложно об этом говорить. Нет у меня уверенности в том, что общество с таким же почтением будет относиться к подвигу советского солдата. Жаль, фронтовиков осталось немного. Ветеранов ВОВ еще хватает, а реальных участников боевых действий осталось совсем мало. К сожалению, среди ветеранов есть и примазавшиеся. Деньги и льготы делают свое дело.

8 февраля 1945 года, когда наши войска вели боевые действия в Польше, старший сержант Коняев с небольшой группой проник в тыл противника в районе населенного пункта Погвиздов и ликвидировал артиллерийский расчет. Вражеское орудие, искусно замаскированное в складках местности, своим огнем наносило немалый урон подразделениям. Попытка уничтожить его ответным огнем артиллерии не увенчалась успехом. За артиллеристов сделал это старший сержант Коняев со своими разведчиками. За умелое выполнение этой и ряда других важных задач Виктор Михайлович был удостоен Ордена Славы I степени.
Вадим 15-Тохсыров