15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
(Ясно)
31 %
3.43 м/с
Легко сказать: Все плохо!, сесть и сложить руки…
13.09.2011
10:10
Легко сказать: Все плохо!, сесть и сложить руки…

Кажется, это такая наша традиционная национальная забава — ругать здравоохранение. И неучей-врачей, и неумех-медсестер, и позавчерашние методы лечения, и антисанитарные помещения… Мы уверены, что лечат лучше там, где нас нет, а здесь, на родимой стороне, у медиков тайное задание — истребить народ. Помните же анекдот про врачей, размышляющих над испуганным пациентом: «Ну, что? Лечить будем, или пусть живет?»…
Конечно, общественное мнение, а уж тем более фольклор, на пустом месте не рождаются. Есть, разумеется, моменты, которые заставляют нас думать так, а не иначе. Но и стричь под одну гребенку всех медиков никак нельзя. А если вспомнить, при каких зарплатах, в каких условиях и с какими подручными материалами им приходилось работать последние лет 15-20, то в ряде случаев и памятники самоотверженным врачам и медсестрам не мешало бы поставить…
Словом, здравоохранение в нашей стране — тема особенная, как, впрочем, и все, за что ни возьмись. И то, как эту сферу уже несколько лет пытаются вытащить из тотального запустения, требует особого же к себе внимания. Тем более — в свете реализуемой в 2011 и 2012 годах программы модернизации здравоохранения.
О том, что есть нового сегодня и что ждет медицинское сообщество и жителей республики завтра, рассказал министр здравоохранения Северной Осетии Владимир Селиванов.

— Владимир Анатольевич, реализация программы модернизации здравоохранения в республике на особом контроле. Регулярные отчеты, разъяснения в прессе, публичное отслеживание ситуации — все это есть. Но хочется конкретики: что делается по программе модернизации именно сейчас?

— Вы знаете, что на два года, на которые запланирована реализация упомянутой программы, нам отпущен федеральным центром 1 млрд 909 млн рублей. Половину мы должны освоить в нынешнем году.
Что делается именно сейчас, в 2011-ом? Уже был подготовлен пакет документов, размещены заказы, проведены торги и подписаны первые контракты на покупку лабораторного оборудования для лечебных учреждений республики. Контракты эти составили сумму в 67 млн. рублей. За оставшееся до конца года время, уверяю вас, будут освоены и остальные деньги. Они идут на приобретение рентгеноборудования, ультразвуковой и дыхательно-наркозной аппаратуры, мониторов, офтальмологического оборудования, оборудования для новорожденных… Это основные лоты.
Кроме того, 170 млн рублей выделены на ремонт ЛПУ. Прошли торги, определены подрядчики и ремонтные работы уже идут, в ближайшее время мы начнем осуществлять первые выплаты. Хочу отметить, что в ремонте так или иначе нуждаются практически все учреждения здравоохранения — за редким исключением… Поэтому составлен график, в соответствии с которым и проводятся работы.
Далее. Отдельная важная строка — медицинские стандарты и доступность лечения. Всего на эту работу отводится больше 300 млн рублей, и уже сегодня в соответствии со стандартами проведено лечение более тысячи больных.

— А что касается оплаты труда медиков — тут перемены есть?

— Не скажу, что в наших силах сегодня изменить ситуацию с зарплатами в здравоохранении кардинально, но, тем не менее, мы начинаем выплачивать стимулирующую надбавку врачам и медсестрам. Этот пункт касается узких специалистов и включает в себя следующие суммы: 3900 руб дополнительно будут получать врачи и 1283 — медперсонал.
Кстати, что касается зарплат в сфере здравоохранения, то тут предпринимаются и другие меры. Так, по заданию правительства республики мы разработали новую систему оплаты труда. Сейчас она находится в нашем Минфине. Очень надеемся на положительный результат.

— А чем эта новая система лучше старой?

— Принципиальное отличие в том, что руководство ЛПУ в рамках своих бюджетных возможностей сможет премировать своих сотрудников. Это позволит повысить зарплаты на 16-25%. Прежняя система такого подхода не предполагала.

— Владимир Анатольевич, модернизацию здравоохранения трудно загнать в статьи только одной программы. За ее рамками остается масса вопросов, которые нужно решать. Один из них — молодые специалисты. Работать в ЛПУ, тем более в сельских, выпускники медицинских вузов не торопятся. А нехватка «рук и голов» очевидна. Как быть?

— Да, подготовка программы по молодым специалистам идет отдельно — об этом упоминал и премьер страны Владимир Путин…
Могу сказать, что в таких «продвинутых» регионах-донорах, как Татарстан, Чувашия, Пензенская область давно приняли свои региональные программы по молодым специалистам. Основной принцип их действия — стимулирование выпускников к работе в местных клиниках.
Нам рассуждать о стимулировании на уровне региона достаточно сложно. Да и, знаете… Будь моя воля, я предпочел бы вернуться к системе распределения выпускников вузов. Той самой советской системе, эффективнее которой до сих пор ничего не придумано. Сегодня как у нас? После медвуза сразу в ординатуру, интернатуру — чтобы становиться профессорами… В итоге не всякий молодой врач умеет делать внутривенные уколы. Это разве правильно? Настоящий врач должен пройти через все эти ночные дежурства, перевязки, «утки», капельницы, общение с больным, через груз ответственности… Так было в наши молодые годы, поэтому, как бы не повернулась жизнь, мы все равно остаемся прежде всего врачами. Сегодня все иначе. Но так не должно быть! В конце концов, выпускник должен честно отработать те средства, которые государство вложило в его подготовку. Если обязать ребят, прошедших обучение на бюджетных местах, в течение двух-трех лет после выпуска работать там, где нужно, а не там, где хочется, ситуация бы изменилась в лучшую сторону. И для самих наших молодых специалистов — тоже.

— А где им сегодня хочется работать?

— Разумеется, там, где лучше платят. Все ринулись в косметологию, в частные клиники… Мы ежегодно выпускаем сотни, если не тысячи, специалистов-медиков, а в итоге имеем серьезный дефицит анестезиологов, педиатров, нейрохирургов в государственных ЛПУ.
Пусть это станет частью модернизации — внедрение системы распределения. Только делать это нужно на федеральном уровне, нужна общероссийская программа и федеральное финансовое сопровождение. Тогда дело пойдет.

— Вы упомянули выше о том, что составлен график ремонта лечебных учреждений. Скажите, а какая судьба ожидает туббольницу? Не секрет ведь, что условия там по-прежнему оставляют желать лучшего, если не сказать хуже…

— Ну, во-первых, там строили-строили и, наконец, построили и сдали корпус на тридцать коек. Во-вторых, в хирургическом корпусе провели капитальный ремонт водопроводной и канализационной систем, привели в порядок санузлы. Проблемы туббольницы, правда, на этом не заканчиваются. Здесь есть еще два полуразрушенных корпуса, которые нужно снести и построить на их месте один трехэтажный на 300 коек. Вот тогда вопрос туббольницы будет закрыт. Но, поймите, в условиях, когда приходится десять раз подумать, какую брешь латать в первую очередь, осуществить такой проект сложно. Сейчас эта задача на начальном этапе решения…
Зато могу сказать, что за последнее время выросла выявляемость туберкулеза — прежде всего среди детей. И его излечиваемость. То есть проблема у нас на постоянном контроле.

— Позвольте задать вопрос не совсем по теме нашего разговора… Скажите, каким образом выделяются и распределяются квоты на высокотехнологичное лечение? Есть информация, что на нынешний год они закончились…

— Видите ли, квоты — это определенная сумма денег, которую выделяет федеральный центр на лечение некоторой части пациентов. Квота выделяется не под конкретного человека, не существует персональных квот. Деньги поступают в федеральное лечебное учреждение, куда направляется больной. Количество таких возможностей строго ограничено. На этот год закончились квоты на лечение в глазных клиниках, на замену суставов, на нейрохирургические операции. Пока «тянем» онкологию и кардиологию… Нам обещали дополнительное финансирование — поглядим…
Я очень прошу не обижаться на нас, не думать, что мы — злодеи, которые не желают лечить людей… Министерство — всего лишь проводник между федеральным лечебным учреждением и республиканским. Мы не можем влиять на решение комиссий, которые отбирают больных на лечение по квотам. Знаете, есть случаи, особенно касающиеся детей, когда мы просим, умоляем принять еще одного ребенка… Но тут от нас мало что зависит.

— И в завершение разговора: Владимир Анатольевич, как вы полагаете, те меры, которые предпринимаются сейчас, действительно изменят ситуацию в здравоохранении? Хотелось бы услышать мнение не чиновника, на которого возложена обязанность реализовать программу модернизации в конкретно взятом субъекте, а мнение знающего человека, мнение специалиста…

— Знаете…Я искренне надеюсь, что — да, в результате перелом наступит. Мы, я, бьемся за это каждый день. Ведь идея модернизации в том виде, в котором она нам подана, действительно хороша. Заложенные в программу капитальные ремонты ЛПУ, приобретение оборудования позволят выйти на новый уровень. У нас в республике появятся 3 компьютерных томографа! Представляете? Больше не придется ездить в тот же Нальчик, чтобы пройти обследование…
Пока реализация программы идет ровно и хорошими темпами. Я очень благодарен Главе Северной Осетии Таймуразу Мамсурову, который вникает во все детали, всегда открыт для нас и оказывает неоценимую поддержку в нашей сегодняшней работе. Искреннее спасибо!
И еще. Легко сказать: «Все плохо и лучше не будет!», сесть, сложить руки и снять с себя всю ответственность. Надо работать. Да, у медиков маленькие зарплаты. Да, в нашей республике не добывают золота, нефти, алмазов и поэтому наш бюджет небезразмерен. Да, мы относимся к нестабильному Кавказу, в который инвесторы боятся вкладывать деньги… Но что прикажете делать?! Нужно идти дальше. Я сам был врачом, я знаю, что это за работа и насколько обидно получать за нее копейки. Это несправедливо, когда врач имеет в месяц 10 тысяч рублей. И несправедливо, когда медсестра получает 5 тысяч. Но и несправедливо, когда медики позволяют себе хамить, брать с пациентов деньги, требовать приобретать лекарства, которые в больнице есть… Всего этого у нас тоже «в достатке».
Я реалист, но я надеюсь, что ситуация изменится. И сделаю для этого все, что от меня зависит.О. Дзгоева, «Северная Осетия»