Тут Путин сказал, что финансирование ЮО может быть увеличено. Интересно, главный смысл в “увеличено” или в “может быть”? А потом он еще и арифметическую головоломку загадал: “за последние 2,5 года Россия направила на восстановление Южной Осетии 9 миллиардов рублей, на 2011-2013 годы предусмотрены 8,5 миллиардов рублей”, – сказал он. При таком замысловатом финансировании возникает вопрос: [...]
Кто как – а я испытываю именно это чувство от итогов великого югоосетинского стояния. Я сейчас не о тех, кто стал и не стал президентом, а о Кокойты, который остался верен себе и даже на прощание продемонстрировал полную неспособность что-то сделать: он не умел воевать, не умел строить, операцию «преемник» он, разумеется, провалил, зато не [...]
Я не могу внятно сформулировать, чем меня впечатлили последние события на Юге. Наверное, тем, что в Южной Осетии пока не проходит сценарий кукольных выборов, единственный, возможный у нас. Тем, что в этой республике, оставшейся практически без населения, все еще есть целая тысяча человек, готовых отстаивать свое право бороться за власть, и не согласных на то, что все уже решили без них. Тем, что, может статься, в Южной Осетии не удастся без участия народа посадить президента. А это, собственно говоря, самое страшное, что может случиться с народом. Любой Кокойты или любой Джабо – это, безусловно, меньшее зло, чем безразличие к судьбе собственной нации. А этим южане, в отличие от северян, точно не страдают.