15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
-3°
(Ясно)
100 %
2 м/с
$ — 00,0000 руб.
€ — 00,0000 руб.
Последний приют Бодрова
20.09.2006
11:16
Последний приют Бодрова

Родные пропавших без вести, не найдя своих близких, хоронят камни с ледника Сергей Бодров навеки остался для нас молодым и красивым. Могилой для него и его друзей стало Кармадонское ущелье. И оно до сих пор хранит тайну их смерти. Ровно четыре года прошло со времени трагедии.

20 сентября 2002 года сорвавшийся с вершины горы ледник Колка за считанные минуты забил камнями и льдом ущелье реки Геналдон.

Под этой лавиной оказались сотни людей, в числе которых — съемочная группа Сергея Бодрова. Это был второй день съемок его фильма «Связной».

Никто не хотел верить в его смерть. Ни отец, ни мать, ни жена. И миллионы почитателей его таланта надеялись, что Сергей и его друзья смогли выжить в этой катастрофе, что они успели укрыться в горном тоннеле.

Добровольцы и родственники целых полтора года вели поиски пропавших людей. Долгие дни, наполненные надеждой, верой в чудо. Они смогли пробить шахту к забитому песком тоннелю. Надежда умерла — людей там не было.

Отцы, матери, жены, сестры и братья разъехались по домам оплакивать погибших. В ущелье, где велись поиски, установили памятник. Один на всех. Останки Сергея Бодрова и его друзей так и не нашли.

Гроб

Мадина Аксенова, как и Светлана Бодрова, тоже потеряла в Кармадоне любимого супруга. В тот день, в пятницу, ее муж Жорик с двоими своими друзьями поехал в Геналдонское ущелье.

— От того места, где они поставили палатки, до ледника всего 150 метров, — рассказывает Мадина Михайловна. — Там горячие источники, муж в них спину лечил.

Больше своего супруга она не видела. Но через год охотники нашли на леднике следы его лагеря — обрывки спальника.

Сын Маирбек дал матери слово — во что бы то ни стало найти останки отца.

— У нас ведь так принято: человек погиб — нужно его по-человечески похоронить, — говорит Мадина Михайловна. — У каждого должна быть могила…

Маирбек и его помощники копали долго. Когда вдруг увидели какое-то цветное полотно — не поверили своим глазам. Это был один из спальных мешков. Но кому он принадлежал — неизвестно. Потом в земляных завалах появились обрывки палатки. И наконец, самая главная находка — жилет одного из путников. А внутри — документы.

— Там был паспорт и другие документы моего мужа, — рассказывает Мадина. — Только тогда я поняла, что все закончилось. Надежда умерла.

В Осетии многие родственники жертв кармадонской катастрофы, не найдя останков своих близких, положили в могилы их вещи и камни с ледника. Хотела так сделать и Мадина.

— Родственники запретили мне класть в гроб найденные в горах документы, — продолжает женщина. — Тогда в могилу мы опустили пустой гроб. А сверху засыпали землей и валунами, которые привезли из ущелья.

Раз в неделю Мадина Михайловна приходит на кладбище к памятнику супругу.

— Я и для себя тут место оставила, — говорит она нам. — Когда умру, пусть всю одежду мужа вместе со мной положат.

Это последняя фотография Сергея Бодрова и Хазби Галазова, сделанная 20 сентября 2002 года. Пленки вместе с отснятым видеоматериалом нашли на базе киногруппы, которую не тронул ледник

Родные

У Лейлы Теблоевой погиб супруг Виктор, актер конного театра «Нарты». В новом фильме Сергея Бодрова он должен был играть отца одного из героев.

Лейла осталась одна, с тремя детьми на руках — мал мала меньше.

— Я до сих пор его вспоминаю, — говорит Лейла. — Советуюсь, если мне трудно. Не могу поверить, что его нет рядом — такого большого, сильного.

Могилу супруга Лейла так и не сделала.

— Да вы что? Как можно? — восклицает она. — Ему бы самому это не понравилось. Он мне всегда говорил, что не хотел бы лежать под могильной плитой. Виктор жил как герой и погиб как герой.

От старшего сына Хазби у Розы Галазовой остался лишь золотой перстень и серебряная медаль, что ему при выпуске вручили в Щукинском училище.

— Бодров пригласил моего сына на роль одного из двух главных героев, — говорит женщина. — В фильме он играл бедного парня, вернувшегося из армии. Перстень и награду мне передали уже после схода ледника. Я живу с таким чувством, будто сын жив. Просто он сейчас не рядом. Этим и успокаиваю себя.

Кармадонцы, как себя теперь называют родственники погибших, часто видят особенные сны. В них хоть на мгновение они могут побыть со своими близкими.

Сны

— В ночь перед днем рождения я во сне услышала голос, — рассказывает Зифа Канатова, потерявшая в горах своего сына Тамика. — Он сказал мне: «С днем рождения, мамочка!» Это был мой мальчик. Даже там, где он сейчас, он не забывает меня.

— Мой сын пришел ко мне во сне, когда я болела, — говорит Роза Галазова. — Тогда у меня было такое состояние, что хотелось умереть. А Хазби сказал мне, что хотел бы видеть меня прежней — веселой и улыбающейся. Я пришла домой и хотела танцевать. Но и шагу не могу сделать, а по щекам слезы катятся. И сейчас мне приходится быть сильной ради памяти сына.

Раскопки в ущелье решили возобновить, когда ледник растает.

— Сейчас он сократился примерно на сорок процентов, — говорит Игорь Васьков, старший преподаватель кафедры геологии Северо-Кавказского горного института. — И таяние с каждым годом уменьшается из-за того, что лед все больше покрывается чехлом рыхлых отложений.

Сейчас на том месте, где проводились поиски Сергея Бодрова, стоит памятник. Мать, словно оплакивающая свое дитя, обратила свое лицо в сторону гор. Она ждет…

Матери не смирились

Матери пропавших в Кармадоне Сергея Бодрова и Тимофея Носика не смирились с гибелью своих детей.

В феврале нынешнего года адвокат Валентины Бодровой Игорь Трунов подал жалобу в Страсбургский суд. В заявлении указано, что в отношении матерей были нарушены три статьи Европейской конвенции по правам человека. И в частности, статья 2, регулирующая право каждого на жизнь.

Адвокат считает, что федеральные власти должны были предупредить членов съемочной группы, что в горах сложилась опасная ситуация и ледник может обрушиться в любую минуту. Дело находится в стадии рассмотрения. Комментируя поданный в Страсбург иск, мать Сергея Бодрова заявила, что «надеется на справедливость».

Дата скорби и боли

У «кармадонцев» есть традиционный ритуал — каждый год 20 сентября, в день трагедии, они едут в Кармадон к памятнику, который установлен на краю ущелья. Там, у ледника, под которым остались их близкие, они встречаются со своими друзьями из других городов страны. Они стали родными после того, как провели здесь плечом к плечу много долгих дней во время раскопок.

— Родственники киношников тоже приезжают, — говорит Роза Галазова. — В прошлом году была мама Сергея Бодрова Валентина Николаевна.

Вдова Сергея Бодрова на прошлую годовщину не приехала. На вопрос, приедет ли она на встречу в нынешнем сентябре, Светлана ответила так:

— Это моя личная трагедия. Это моя личная боль. «Жизнь»