Открытая вооруженная агрессия Грузии в отношении Республики Южная Осетия 6 января 1991 года вывела грузино-осетинский конфликт из плоскости политического давления, стала точкой невозврата в единое государственное пространство. Таким мнением поделился с ТАСС начальник информационно-аналитического отдела администрации президента Южной Осетии Юрий Вазагов.

«Юбилей трагических событий января 1991 года в Южной Осетии — не просто важная веха в новейшей истории осетинского народа, а принципиальный политический рубеж, обозначивший переход грузино-осетинского конфликта из плоскости административного, политического и идеологического давления в фазу открытой вооруженной агрессии и геноцида. Вводу грузинских вооруженных формирований в Цхинвал в ночь на 6 января предшествовали несколько лет оголтелой антиосетинской кампании, развязанной грузинскими националистами», — сказал Вазагов.

Он отметил, что к началу 1990-х отношения Южной Осетии и Грузии во многом напоминали ситуацию, сложившуюся после 2014 года в Донбассе. Вазагов подчеркнул, что постановление Верховного Совета Грузинской ССР от 11 декабря 1990 года об упразднении автономии Южной Осетии стало «сознательным демонтажем правовых основ сосуществования и сигналом о начале силового сценария».

«Для жителей Южной Осетии январь 1991 года стал точкой невозврата, доказавший безальтернативность создания собственной государственности. И дальнейшие шаги — референдум 19 января 1992 года, акт о государственной независимости и ориентация на воссоединение с Северной Осетией в составе России стали не спонтанным политическим выбором, а прямым следствием пережитой трагедии», — подчеркнул собеседник агентства.