15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
28°
(Дождь)
54 %
8 м/с
$ — 89.0214 руб.
€ — 95.7391 руб.
Фуэте Светланы Адырхаевой
30.08.2023
12:17
3 652
Фуэте Светланы Адырхаевой

Это удивительно и даже печально, но в Осетии не так уж много знают об Адырхаевой. Все мы гордились ее достижениями, восхищались тем, что девочка из Хумалага сумела стать примой Большого театра. Но подавляющее большинство ее земляков вряд ли назвали бы хоть несколько партий, в которых она блистала на лучших сценах мира.

Не каждый может быть знатоком балета, однако за гордостью и восхищением должен стоять реальный интерес к выдающемуся человеку, к его творчеству и судьбе. Как это нередко бывает, мы лишь после его смерти начинаем открывать для себя какие-то страницы биографии, находим неизвестные ранее подробности. А между тем такие талантливые личности, как Светлана Дзантемировна заслуживают большего, чем памятники на площадях – памяти в сердцах. Памяти, передающейся из поколения в поколение. Пусть обвинят меня в том, что я прибегнул к слишком громкому сравнению, но на мой взгляд она стала Гагариным для Осетии за год до его легендарного полета. Разве это не было похоже на покорение космоса, когда молодая балерина из Одесского театра, станцевав в Москве во время декады осетинского искусства, моментально получила приглашение в главную труппу страны. В те дни мне не исполнилось еще и двенадцати лет, но хорошо помню, что это имя в республике было у всех на устах. Если талант Владимира Тхапсаева расцветал на наших глазах, а об успехах Вероники Дударовой мы уже были наслышаны и следили за ними издали, то, как принято говорить, Светлана в одно прекрасное утро проснулась знаменитой, а мы – восторженными.

В восемь лет ее отобрали в группу наиболее способных детей преподаватели знаменитого хореографического училища в Ленинграде – ныне академии имени А.Я. Вагановой для подготовки будущих кадров национального балета. Попадая на улицу Росси, я всякий раз с благоговением прохожу мимо здания, где уже не один век куется слава моей страны, живая часть мировой культуры. Можно легко представить себе, как нелегко приходилось ребенку, оторванному от родителей и от привычной обстановки. В таком же положении были и другие девочки из Осетии. Но Свете было еще труднее – она не понимала по-русски. Азы языка и танцевального искусства она постигала параллельно. К счастью, с юными осетинками приехала воспитательница – Ольга Малтызова и частично для каждой заменила маму. То, что дома казалось забавой прыгать и кружиться, превратилось здесь в каждодневный труд. А самым утомительным было бесконечное повторение движений у станка. Целые годы уходили на то, чтобы заложить фундамент мастерства. И даже став признанной звездой, балерина обязана неустанно трудиться в репетиционном зале, шлифуя каждое движение своего персонажа, образ которого ей предстоит воплотить на сцене. «В нашей профессии каждый день необходимо делать маленький шаг вперед», – говорила она, и эти слова стали ее девизом и в собственной сценической жизни, и в работе с ученицами. Она с детства впитала это от своих педагогов и уже будучи солисткой балета в Большом – от великой Улановой. Галина Сергеевна приметила девушку еще до ее прихода в храм отечественного балета. Но меньше всего Светлана могла рассчитывать на роль протеже. Уланова стала для нее прежде всего требовательным наставником. Адырхаева дебютировала в Большом театре не в партии второго плана, как это часто случается даже с самыми перспективными новичками. Сразу же – «Лебединое озеро» и «Одетта – Одиллия». Партнер – известнейший Николай Фадеичев, привыкший чаще танцевать с самой Плесецкой. Адырхаева блестяще справилась со столь сложным испытанием. Потом одна за другой последовали партии в самых популярных балетах классического репертуара и в современных постановках. По достоинству оценил талант Адырхаевой замечательный балетмейстер Юрий Григорович. В самых ярких своих спектаклях он отдавал предпочтение именно ей. А ведь в шестидесятые годы прошлого века в Большом театре, как никогда подобралась плеяда ослепительных звезд – Плесецкая, Бессмертнова, Максимова…

У Григоровича были непростые отношения с руководством. Целых шесть лет ему не давали возможности поставить новый балет. И уже Светлана пришла ему на помощь, когда только из Ашхабада пришло приглашение создать балет на основе туркменского национального эпоса. Она станцевала там в главной партии. К этому времени Светлана родила дочь, подчеркнув ее именем – Фатима неразрывную связь с малой родиной. Несколькими годами раньше она вышла замуж за своего партнера по сцене Алексея Закалинского. Он был на три года моложе жены, но очень подходили друг другу и ментально, и мировоззренчески, и даже внешне. Казалось, что и на их лицах лежит печать вдохновения. Именно Алексей Григорьевич стал постановщиком балета Дудара Хаханова «Хетаг» в Северо-Осетинском музыкальном театре в 1980 году. Роль Чабахан исполнила Адырхаева.

Советский балетмейстер Асаф Мессерер написал монографию, посвященную танцевальному искусству. Эта книга – учебник и для нынешних, и для будущих мастеров балета. На многочисленных фотографиях в ней, иллюстрирующих различные позиции и жесты, изображена Адырхаева. С Большим театром она объездила весь мир, побывала на гастролях в Японии, Италии, Англии, Франции, Австрии, Турции, в странах Латинской Америки… Особенно запомнилось ей выступление в Афинах. «Спартак», в котором она исполняла партию Эгины, давали прямо в Акрополе. И словно ветерок, пробегающий по спине, она чувствовала дыхание веков, исходящее от этих древних стен.

Из великих балерин, танцевавших в одно время со Светланой Дзантемировной, лишь она одна смогла стать и великим педагогом. Колоссального личного опыта ей показалось для этого недостаточно. Когда Адырхаевой было уже под сорок, она поступила в ГИТИС и не стеснялась сдавать экзамены и зачеты рядом с теми, кто были в два раза моложе ее. Никто из подопечных Светланы не стремился переметнуться к другому наставнику, как это нередко бывает. Наоборот, под крыло к ней просились даже несмотря на то, что группа адырхаевских учениц была и так переполнена сверх меры. Мало обладать великолепным вкусом и знать мельчайшие нюансы профессии. Надо уметь донести все это уже не до безропотных девочек, а до отведавших хмельную дозу амбициозности молодых дарований. Еще бы, ведь они приняты в Большой театр. Но чтобы искорки таланта не погасли, а превратились в ровный свет яркой звезды, требуется очень много рутинного труда и терпения. Хороший педагог — это всегда и хороший психолог, способный найти ключик к каждому сердечку и к каждой головке. Ставшая под руководством Адырхаевой примой большого театра Екатерина Крысанова признается, что она не стала бы тем, кто она есть, без Светланы Дзантемировны. И добавляет – она моя балетная мама. Даже то, что Адырхаева, как принято говорить, следила за собой и на девятом десятке выглядела на редкость моложавой, способствовало сближению с девушками, из которых кое-кто годились ей в праправнучки. Вместо высохшей старушенции они видели перед собой энергичную и обаятельную женщину. Ее бесценный опыт и творческую активность оценили и маститые коллеги, избрав Светлану Дзантемировну главой Ассоциации деятелей балетного искусства.

В балете есть такой эффектный элемент, который называется фуэте. Это вращение на пальцах одной ноги с отбрасыванием в сторону другой. Когда в конце девятнадцатого века одна итальянская балерина впервые продемонстрировала столь сложные движения, многие королевы сцены пытались повторить подобное, но безуспешно. Постепенно, однако фуэте освоили и теперь это уже часть «обязательной программы». Но высокая скорость исполнения и его безупречность до сих пор остается привилегией лучших. Есть секрет, объясняющий, почему, выделывая этот головокружительный трюк, балерины научились не терять равновесие. Надо все время смотреть в одну точку и теряя ее при вращении, мгновенно находить снова. Проводили такой эксперимент – завязывали танцовщице глаза – и она вскоре спотыкалось. Казалось бы, теперь ее не должны отвлекать ни зрители в зале, ни другие артисты на сцене. Но исчезала та самая точка. Полное фуэте состоит из 32 оборотов. Разумеется, за свою карьеру Адырхаева множество раз срывала на нем аплодисменты. Но ее большое фуэте, можно сказать, состояло из тридцати трех оборотов – по числу лет, проведенных ею под сводами государственных театров в качестве солистки. Правда, через некоторое время после ухода в 50 из Большого, она создала свою частную труппу и периодически еще выступала. Но даты порой не имеют значения – будь это даже даты смерти. Главное – имя, которое продолжает сиять и после ухода из жизни.

Автор: Евгений Пантелеев;