Осетинский язык — один из представителей иранской группы индоевропейской языковой семьи, уникальный наследник скифо-сарматских диалектов, сохранившийся до наших дней. Несмотря на свою богатую историю и культурную значимость, осетинский язык сегодня находится в уязвимом положении. В последние годы среди населения остро встал вопрос о том, что осетины стали забывать родной язык. В 2009 году ЮНЕСКО отнесло осетинский язык к категории «уязвимых», что является первой ступенью в шкале угроз. По некоторым данным только около 40% жителей Осетии твёрдо знают осетинский язык и отлично на нём изъясняются, в основном это взрослое поколение. А что же молодёжь? А молодёжь часто предпочитает русский язык в качестве основного. При таком положении дел подрастающее поколение вскоре и вовсе позабудет язык предков, а как следствие культуру и традиции. В итоге нация может прекратить своё существование. О том действительно ли осетинский язык находится на грани исчезновения и нет ли здесь преувеличения мы поговорили с нашим экспертом доктором исторических наук, профессором Русланом Бзаровым.

«То ли у страха глаза велики, то ли действует китайский принцип «не перегнешь – не выпрямишь». Никакого исчезновения, конечно, нет. Достаточно пройтись по улицам Цхинвала, где все говорят на родном языке, или даже Владикавказа, где не редкость молодые родители, говорящие со своими чадами по-осетински. Однако надо признать: осетинский язык находится в зоне риска, как и большинство языков человечества, всего их насчитывается примерно шесть тысяч. Подсчитан даже темп исчезновения языков – считается, что в среднем умирает один язык в неделю, полсотни в год. Главные факторы риска тоже известны – их создает современная цивилизация с ее процессами урбанизации, индустриализации, глобализации, информатизации, постмодернистской либерализации и – что очень важно – атомизации общества, в котором человек может жить обособленно, ориентируясь на личные интересы», — рассказал доктор исторических наук, профессор Руслан Бзаров.

Невозможно отрицать тот факт, что в настоящее время происходит настоящий языковой регресс. Постепенно сокращаются сферы его использования, утрата носителей и снижение престижности. Особенно усиление регресса стало заметным в последние годы, но можно сказать, что 1964 год ознаменовал собой начало трагического этапа в истории осетинского языка – закрытие национальной школы с обучением на родном языке. Этот шаг стал началом резкого регресса в развитии осетинского языка и культуры.

«На рубеже XIX–XX вв. модернизация осетинского общества потребовала форсированного функционального развития осетинского языка. Модернизация – это переход от традиционной (устной, фольклорно-этнографической) культуры к письменной, профессиональной национальной культуре. Традиционная культура и народный язык недостаточны для обслуживания многоотраслевой экономики, системы государственного управления, средств массовой информации, науки, искусства, литературы и всего остального, что существует в современном мире. Для того, чтобы подготовить человека к жизни в нем, нужны развитый литературный язык и национальная школа. И то, и другое было создано отцами-основателями нашей национальной культуры – имена их всем известны. С конца XIX в. главным проектом и самой важной целью интеллигенции была школа с обучением на родном языке. Ее удалось создать только при советской власти, и она просуществовала до 1964 г. Эта дата и есть начало того периода, который Вы назвали «резким регрессом». Еще в первой четверти XX в., пока не было школы, появились проблемы: началась потеря языка в быстро растущей городской среде. Когда школы не стало, этот процесс возобновился. Между прочим, именно тогда осетинский язык был включен ЮНЕСКО в список языков, находящихся под угрозой исчезновения»- уточнил доктор исторических наук, профессор Руслан Бзаров.

В современном мире глобализация и распространение технологий сделали русский и другие мировые языки более привлекательными для молодёжи. Осетинский язык не всегда воспринимается как ключ к карьерным возможностям или успеху. Молодёжь всё чаще ориентируется на русский или даже на английский язык как средства коммуникации и самовыражения, что делает родной язык менее востребованным. Со временем родной язык стал использоваться в повседневной жизни всё реже и это ведёт к постепенному исчезновению языка, особенно среди молодого поколения. Но проблема исчезновения родного языка, в действительности затрагивает не только Осетию, но и многие народы Кавказа.

«Тот же список ЮНЕСКО делит языки по степеням угрозы. Самая малая опасность названа там уязвимостью, и вместе в осетинским в группу уязвимых языков Кавказа входят, например, абхазский, аварский, ингушский, кабардинский, карачаево-балкарский, кумыкский, лакский, лезгинский, чеченский языки. В эту же группу включены башкирский, белорусский, тувинский, чувашский, якутский и другие языки. Следующий, более высокий, уровень опасности: язык «определенно находится под угрозой исчезновения» – в эту группу входят, например, абазинский, адыгейский, агульский, калмыцкий, ногайский, удмуртский языки. Далее следуют языки, «находящиеся под серьезной угрозой исчезновения» и т. д. Как это определяется? Выводят формулу воспроизводства языка, то есть измеряют число его носителей по поколениям. Если оно уменьшается, язык входит в зону риска»- отметил доктор исторических наук, профессор Руслан Бзаров.

В последние десятилетия наблюдается интерес к возрождению родного языка, например, создание литературных произведений на родном языке, переводы известных книг и произведений, развитие языка через социальные сети и цифровые платформы. Это может быть шагом к тому, чтобы сохранить и популяризировать осетинский язык, а самое главное пробудить интерес родному языку у современной молодежи. Это сложная задача, которая требует комплексного подхода. Важно не только создать условия для изучения и использования языка, но и сделать его привлекательным и актуальным для молодежи.

«Говорить недостаточно, нужно еще читать и писать. Полноценным знанием языка называется все это в совокупности. Язык живет, пока служит для познания и освоения окружающего мира, для поиска смысла жизни, для творчества, для признания в любви, наконец. Чтобы овладеть литературным языком современной нации, нужно на нем учиться в школе, читать книги, смотреть спектакли и кинофильмы, получать массовую и профессиональную информацию. В семье это, как правило, неосуществимо – старшие обычно заняты множеством дел, а бытовая речь использует бедный набор лексики и касается узкой тематики. «Мы сами всему научим» – это лозунг очень наивных людей, не заметивших, что Осетия-Алания – современное многонациональное общество, давно расставшееся с традиционным укладом жизни. К тому же осетины – чемпионы России по степени урбанизации на своей родине, в абсолютном большинстве горожане. Поэтому ответ на Ваш вопрос – развитие образования, творчества, средств массовой информации на родном языке.

Вспоминаю рассказ Нафи Джусойты о том, как он окончил осетинскую школу в 1941 году, за несколько дней до войны. Надеясь попасть добровольцем на фронт, пешком пришел из Южной Осетии во Владикавказ, где можно было поступить на военные курсы. Нужно было сдать экзамен по математике. Он сказал русским офицерам-экзаменаторам, что учился на родном языке. Они ответили, что на экзамене проверяются знания и не имеет значения, на каком языке они получены, дали ему ручку и листок бумаги с условиями задачи. С оценкой «отлично» Нафи поступил на курсы, а потом отправился воевать. Как-то я спросил у Шамиля Джикаева: кто из наших литераторов лучше всех владеет русским языком. Он ненадолго задумался и твердо ответил: Нафи. И математике, и русскому языку так учили в осетинской школе. Хочется пожелать успехов Аланской гимназии», — заключил Руслан Бзаров доктор исторических наук, профессор.