15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
24°
(Облачно)
44 %
2 м/с
Что в имени тебе моем?
17.12.2019
11:56
1 474
Что в имени тебе моем?

Рукописи не горят и не тонут. Более того, они имеют свойство всплывать на поверхность событий даже много лет спустя, как если бы только что вышли из-под пера.

Случайно или нет, но к 90-летию со дня рождения Евгения Максимовича Примакова в осетинском сегменте Фейсбука вспомнили вдруг о сомнениях, высказанных этим известным российским политиком в 2008 году по поводу правомерности признания Россией суверенитета Абхазии и Южной Осетии.

Не берусь домысливать за автора, который уже не сможет нам ответить, о причинах его сомнений, но берусь утверждать, что эмоциональное в Примакове тесно соседствовало с прагматичностью, а что касается вопросов политики, то здесь разум и вовсе превалировал над чувствами. Исторический “разворот над Атлантикой” – лучшее подтверждение моим словам: кавказская ментальность и политический расчет сошлись в одной точке.

Мы зачастую руководствуемся воинственным принципом: Qui non nobiscum, adversus nos est! – Кто не с нами, тот против нас! Представляю, что сталось бы с человечеством, если бы оно взяло этот лозунг на вооружение в международной политике…

Мы всегда считали Евгения Примакова другом не только Александра Дзасохова, но и всех осетин, независимо от их географического местоположения. И нам откровенно льстило, что он мог бы стать как-то осетинским зятем.

Евгений Максимович часто бывал во Владикавказе, вёл дружбу с осетинами и неплохо знал наши традиции. Бывал почти на всех праздниках московской общины в честь святого Уастырджи и почитал это за честь. И в то же время он, в отличие от Эдуарда Шеваднадзе, который ставил национальное над общегосударственным, был российским великодержавником. И в нашем случае с его высказыванием о суверенитете Южной Осетии и Абхазии Примаков тоже исходил из интересов России в её конфликте с Грузией, хотя вырос в Тбилиси и сохранил его в своём сердце. Но не будем забывать, что именно Примаков инициировал встречу Шеварднадзе с Ардзинбой в 1997 году, которая закончилась подписанием совместного заявления, где стороны приняли на себя обязательства не применять силу при решении спорных вопросов и ни при каких условиях не допускать возобновления кровопролития. Говорят, Шеваднадзе, который негласно запретил даже частные визиты Примакова в Грузию, был буквально ошарашен тогда его появлением в своей приёмной.

Волею случая я дважды встречался с Евгением Максимовичем во Владикавказе, где он был первый раз с официальной миссией, а вторично по частному приглашению. Собственно, впечатление о нём у меня сложилось ещё до того, как протянул он мне для рукопожатия свою руку: мягкую пухлую ладонь человека, не знающего физического труда. Дело в том, что незадолго до его первого приезда на какое-то официальное международное мероприятие, проходившее в зале официальных приёмов на проспекте Мира, здесь побывало ещё два охраняемых лица. (В бытность Дзасохова важные государственные и политические персоны любили останавливаться во Владикавказе, даже если целью их командировки был совсем другой соседний субъект). И в обоих случаях охрана этих вип-персон, стоящих, между прочим, ниже рангом, чем Примаков, была вызывающе бесцеремонной. У Примакова же, который к этому времени был уже российским премьером, её просто нельзя было отличить от сопровождавших его помощников.

Но удивило всё же не это, а, скажем так, совсем на первый взгляд бытовая мелочь. В перерыве заседания Евгений Максимович, разминая затекшие от долгого сидения ноги, обошел с Дзасоховым свой стол и, неловко опершись о него, уронил на пол письменный прибор. Но не успел еще никто из сопровождающих подойти к нему, как он с легкостью для своего возраста подхватил упавший предмет и продолжил беседу. Это к тому, что внешность бывает и обманчивой, как в случае с рукой «не знающей физического труда».

Как у человека, связанного с разведкой, у Евгения Максимовича есть немало пробелов в биографии, начиная с рождения и кончая задачами, которые он выполнял на разных постах, начиная с журналиста и кончая научными заведениями. Но одна загадка не даёт мне покоя: до середины 70-х у Примакова было редкое отчество – Македонович, которое он сменил на более удобоваримое Максимович. Но ни у его отца, ни у отчима не было имени Македон. Разве что у моего отца, Василия Македоновича Цаголова, примерно того же возраста, что и Примаков. Но тут я боюсь даже предположить! Шутка…

Осетины, конечно же, вправе обижаться на Примакова, несмотря на все сказанное мною выше в его пользу. Но мне кажется, что я всё же нашел объяснение Евгения Примакова тем словам, которые задели нас за живое. Евгения Примакова – политика, общественного деятеля, журналиста и внука “того самого” Евгения Максимовича Примакова:

“Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии. Что сделано, то сделано. Такие вещи нельзя «отозвать». Мы сдали козыри в сложной игре — когда могли продолжать игру или торг, кому что нравится. При этом утрата этих территорий для Грузии — тяжелейшая травма и национальное унижение, с которым не справятся ещё многие поколения грузин. Важный вопрос: а нужно ли нам вообще переживать — смирятся или нет? Нужно ли

добиваться обязательного признания этой независимости от Тбилиси? Нужно ли нам переживать из-за того травма это или нет для грузин — наше-то дело какое? — на это может появиться ответ только если мы сами для себя сформулируем: нужна ли России Грузия и в каком качестве?”

Вот и всё. И когда мы затрудняемся найти ответ на какой-либо заковыристый политический вопрос или же дипломатический выверт, достаточно вспомнить знаменитую фразу Черчилля : “У Британии нет друзей или врагов, у нее есть только интересы”…

 

Автор: Олег Цаголов