В былые времена выбору имени придавали огромное значение, превращая его в строгий ритуал. Если рождался мальчик, мужчины собирались для жеребьёвки со специальным альчиком — бараньей костью (хъул — осет). Чья кость первой ложилась в заветное положение (сах), тому и выпадала честь дать младенцу имя. В случае рождения девочки судьбу её имени полностью доверяли старшим женщинам рода.

Наречение имени было не просто формальностью, а созданием нерушимой духовной связи. Тот, кто выбирал имя, навсегда становился для ребёнка «номæвæрæгом», то есть названым отцом и пожизненным покровителем. Этот статус накладывал вполне земные обязанности: новоиспечённый опекун должен был обеспечить малыша первыми рубашками и всем необходимым для колыбели. Семья щедро благодарила крёстного за честь — мать собственноручно шила ему полный праздничный костюм из черкески, чувяков и башлыка, а сам он не оставлял без внимания и её, преподнося ответные подарки. Эта связь не прерывалась с окончанием праздника. На протяжении целого года семья «номæвæрæга» продолжала чтить своего подопечного, присылая в дом ребёнка щедрые гостинцы к каждому большому торжеству- непременно большой продолговатый пирог (гуыл) и увесистый кусок мяса. Со временем древний обычай «смягчился».

«Раньше къухылхацаг (букв. «держащий под руку») имел право дать имя ребёнку и с этого момента он считался как родственник и принимал активное участие в жизни ребёнка. Дарил подарки на значимые даты рождения. Сопровождал его на протяжении всей жизни. Помогал делом, советом», — отметил в своем комментарии «15-му Региону» заместитель председателя международного общественного движения (МОД) «Высший совет осетин» Руслан Туаев.

Имена для осетин никогда не были просто набором звуков, они служили оберегом, социальным маячком, указывающим на положение носителя в обществе или пожеланием судьбы.

«В былые времена осетины давали детям исконно осетинские имена и они, чаще всего имели смысл и значение. К примеру, чтобы возвеличить сына ему могли дать имя Эльбрус, Казбек — соответствующие названиям гор. В какой- то момент популярным стало имя Георгий, как бы в честь Уастырджи, потому, что путали немножко Уастырджи и Святого Георгия. Много имён брали с нартского эпоса — Сослан, Батрадз, Ацамаз, чтобы были сильными и великими», — говорит Туаев.

Предки осетин верили в существование других миров, чтобы защитить ребенка от похищения нечистой силой, родители часто использовали стратегию обмана. Ребенку могли дать намеренно «плохое», уничижительное или отталкивающее имя, например, Хъæбули (cобачка, гадкий, или названия насекомых). Логика была проста: демон придет за красивым и здоровым ребенком, но побрезгует забрать того, кто носит такое ничтожное имя, решив, что этот ребенок никому не нужен.

«Случалось, что если в семье несколько раз подряд умирали новорожденные дети, к примеру, мальчику могли дать имя Саукуыдз (осет. — чёрная собака), потому что по поверью нечистая сила боялась чёрных собак, чаще всего ребёнок чудом выживал. Или давали имя Цара (осет. — жить), чтобы жил долго. Также называли именем Фидар, чтобы был крепким. Свято верили в то, что имя могло уберечь ребёнка от дурной судьбы», — подчеркнул Туаев.

За последнее столетие палитра имен претерпела значительные изменения под влиянием глобализации, религии и политических процессов, однако связь с древними корнями остается нерушимой.

Сегодня в Осетии классическими считаются имена, которые сохраняют стабильную популярность на протяжении десятилетий и не зависят от сиюминутных модных веяний. Среди них можно выделить две основные группы: традиционные христианские и исконно национальные, уходящие корнями в нартский эпос.

Нартский эпос для осетин — это не просто сборник древних сказаний, а сакральный текст народа. В контексте выбора имен он играет колоссальную роль. Имена героев эпоса выступают в качестве этического и эстетического ориентира. Родители выбирают их не столько из-за благозвучия, сколько ради передачи ребенку определенного архетипа судьбы.

Имена героев нартского эпоса веками доминировали при выборе имени для новорождённого. Мальчиков называли Урузмаг, Сослан, Хамыц, Батрадз. Эти имена несли код воинской доблести, чести и физической мощи. Распространены были также имена-пожелания: Аузби- «страж», Ахсар- «отвага». Также дела обстоят и с женскими именами: Дзерасса- золото, золотая и т. д.

С приходом христианства, география имён значительно расширилась и в «моду» вошли библейские имена. Также со временем влияние на имянаречение оказало соседство с исламскими республиками и в обиход вошли тюркские и арабские имена (Тимур, Тамерлан, Мурат, Рашид и женские Амина, Зарема). Типичная семья 1930-х годов могла состоять из братьев по имени Сослан (исконное), Георгий (христианское) и Мурат (мусульманское).

Во второй половине прошлого века под влиянием урбанизации и советской культурной политики сложно произносимые древние имена начали вытесняться более простыми формами. Стало модным давать детям интернациональные имена, которые легко вписывались в общесоюзный контекст. В паспортах массово появляются Сергей, Александр, Владимир, Ирина, Елена, Марина.

«В своё время были и такие имена как Январьбек, если в январе родился. Девочка Марта, Юлия, Октябрина. Также были популярными имена Пётр, Евдоким, Катерина, Владимир», — поделился Туаев.

Национальные имена не исчезли, но часто приобретали русифицированные окончания или использовались в качестве вторых, неофициальных имен внутри семьи. Например, мальчика могли официально зарегистрировать как Владимира, а дома звать Асланом. Для девочек популярность обрели имена, созвучные общеевропейской моде советского периода (Светлана, Лариса, Эльвира), хотя традиционные Залина, Фатима и Зарина сохраняли свои позиции.

По статистике ЗАГС за 2024-2025 годы, популярными именами среди мальчиков стали Азамат, Георгий, Астан, Алан, Артем, Астемир, Арсен, Хетаг, Махарбек. А среди девочек- Амелия, Ева, Эмилия, София, Мария, Анна, Дзерасса, Агунда, Зарина.

Как видно, современные родители ищут баланс. Абсолютный лидер Азамат имеет широкое кавказское хождение, Георгий сохраняет религиозную преемственность, а замыкающий тройку Астан — это прямой мост к древней скифо-сарматской традиции счета рода (восьмой).

Среди женских имен абсолютное доминирование европейских и библейских форм – Амелия и Ева при сохранении устойчивого процента чисто национальных имен, таких как Дзерасса — дочь солнца и воды.

Некоторые имена проходят сквозь время и остаются актуальными всегда и в любые времена

Сослан — символ мужской силы, один из центральных героев нартского эпоса. Алан — имя-самоидентификация народа. Хетаг, связанное с легендой о рощи Хетага. Батрадз — идеал непобедимого воина. Ацамаз — легендарный музыкант и герой сказаний. Из женских имен такой же живучестью обладают Зарина и Агунда.

Таким образом, современное осетинское имя — это результат векового диалога между эпическим прошлым предков и требованиями глобального настоящего. Несмотря на засилье Амелий и Артёмов, ядро национальной идентичности сохраняется благодаря таким именам, как Астан, Алан и Дзерасса, которые продолжают называть новорожденных мальчиков и девочек в горных ущельях и городах республики.