15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
-3°
(Облачно)
86 %
2 м/с
$ — 62.9103 руб.
$ — 66.1087 руб.
С улыбкой на лице и в сердце
01.11.2022
12:07
2 645
С улыбкой на лице и в сердце

Вся недолгая жизнь Василия Цамалаидзе была связана с футболом. В качестве игрока выступал в чемпионате республики за «Автомобилист», представлявший транспортное управление, судил матчи этого турнира, тренировал детей во всесоюзных соревнованиях на приз клуба «Кожаный мяч», работал в штабе «Алании» и между прочим, стал первым специалистом из Северной Осетии, кто получил приглашение возглавить зарубежную команду.

Правда, она была из ближайшего районного центра по ту сторону границы с Грузией – Казбеги. Но это произошло раньше, чем у Станислава Черчесова в Австрии. Предки Василия были выходцами из тех мест и это во многом предопределило выбор его кандидатуры. Но ездить из Владикавказа на каждую тренировку и игру в другую страну, пусть и за несколько десятков километров, было неудобно, а расставаться с семьей и друзьями, чтобы временно сменить адрес, он не хотел. Правильнее сказать, не мог себе даже этого представить. Так что сотрудничество с южными соседями оказалось непродолжительным. Разве что только одной футбольной профессией – агента Вася не успел овладеть. Но он всерьез собирался этим заняться. Рынок грузинских талантов для российских клубов был весьма перспективным, а знание языка, на котором говорили будущие подопечные давало бы дополнительные преимущество.

Но главное, чем запомнился этот человек владикавказцам, и не только им — это неповторимое обаяние, способность создавать маленький праздник одним своим появлением. Куда бы он не приходил, всюду светлели лица и появлялись приветливые улыбки в ответ на его собственную. Все это накладывалось на нестандартность мышления и остроумие. Васины лексические экспромты, или, как тогда называли «горбушки», передавались по всему городу. Иногда они рождались в моем присутствии. Как-то он зашел в редакцию, а мне надо было срочно закончить статью. Я попросил его немного подождать, и он деликатно погрузился в молчание. Но видя, как я то и дело останавливаюсь, морщу лоб и грызу колпачок авторучки, не выдержал: «Чего ты мучаешься? Возьми и спиши из какой-нибудь книги». Вместо того, чтобы нудно объяснять, что никакой кусок чужого текста не подойдет к моему опусу, я решил подыграть ему, ожидая новой реплики. «Но ведь книги читают и другие люди, они обнаружат плагиат». «А ты возьми из грузинской литературы», – невозмутимо ответил он.

Возле своего многоквартирного дома он соорудил деревянную стенку, на которой по утрам отрабатывал с мячом точность и силу ударов. Сосед, сотрудник ГАИ однажды недовольно сказал ему: «Вася, перестань стучать, спать не даёшь». Ответ последовал мгновенно. «Ну да, всю ночь деньги считаешь, а потом спишь до обеда». Больше гаишник своего недовольства не выражал. Пересказывать его остроты тем, кто не видел лукавого прищура этих голубых глаз — значит, убавлять половину соли и перца в каждом отдельном случае. Один из тренеров представляет Василия персоналу приезжей команды. «Это наш второй администратор». «Время покажет», – молниеносно отреагировал Цамалаидзе.

Иногда его шутки носили пророческий характер. Он работая администратором владикавказской команды еще в восьмидесятые годы. Не помню, по какому поводу у него произошел конфликт с тогдашним главным тренером Александром Кочетковым. Тот был преисполнен ощущением своей значимости и неизменной правоты. «Ты уволен», – раздраженно заявил он. Перед тем, как покинуть кабинет шефа, Вася обернулся и произнес загадочную фразу: «Нас рассудит программа «Время»». Человек, присутствовавший при этой сцене, потом рассказывал, что озадаченный Кочетков долго бурчал «Какая программа «Время»? При чем здесь она? «А через несколько месяцев главная информационная телепередача страны сообщила о том, что команда из Северной Осетии покидает первую лигу. Такой итог еще можно было предвидеть, исходя из текущего положения в таблице, но откуда Василий мог знать, что эта второстепенная новость прозвучит в программе «Время», где и более важные события спортивной жизни подаются сжато или не упоминаются вообще? Никогда больше, ни до, ни после там не уделялось внимания аутсайдерам соревнований подобного ранга.

Иногда он не ограничивался смешными замечаниям, а мог сотворить на ровном месте какую-нибудь хохму. Ехал в троллейбусе по Тбилиси. Вдруг почувствовал, как в толчее чьи-то шаловливые пальцы стараются выудить часы из его кармана. «Я не я буду, если их не верну», -подумал Василий. Он позволил воришке довести дело до конца, после чего тот прокричал своему сообщнику, стоявшему на противоположной площадке: «Нугзар, на следующей выходим». Несмотря на отсутствие опыта и мизерное время в запасе, Вася успел незаметно извлечь свою собственность из чужого кармана и помахав ею на цепочке перед носом обалдевшего «щипача», громко позвал: «Нугзар, вот теперь точно можешь выходить». Даже история его женитьбы не обошлась без юмористических деталей, точнее, трагикомических. Предложение своей будущей супруге Лиде он сделал в романтическом месте на берегу Терека у первого в стране железобетонного моста. Получив желанное согласие, он тут же решил отправиться с девушкой в ЗАГС, но у той не было с собой паспорта, и он послал ее за ним домой, благо жила она неподалеку на Сухом русле. Сам он стал взволнованно прохаживаться по небольшой площади, примыкавшей к мосту. Тут его заметили проезжавшие мимо знакомые. «Поехали с нами, мы в ресторан». Василий объяснил, по какой уважительной причине не может к ним присоединиться. «Тем более», – последовал ответ. «Это обязательно нужно отметить. Мы привезем тебя сюда через четверть часа, а сами вернемся за стол». «А вдруг она подойдет раньше»? «Да ты что не знаешь, как долго девушки собираются, прежде чем выйти»? Одного не учли знатоки женских повадок. Когда дело касается ЗАГСа, у девушек все получается как-то быстрее. Теперь представьте состояние невесты, которая спешит к жениху и не застает его на месте. С разбитым сердцем она возвращается домой только ценой огромных усилий проштрафившемуся Василию удается вымолить прощение. Их счастливый брак был вознагражден дочерью Лали и сыном Гиви. Имя мальчику отец выбирал с моим участием. Долго не могли остановиться на каком-то одном. Пусть будет Гиви, – решил наконец Вася – Удобно скандировать. Вот он выходит на поле стадиона, а трибуны ревут «Ги-ви, Ги-ви». Этой мечте не суждено было сбыться. Цамалаидзе – младший подавал надежды, поначалу Василий много занимался с ним сам, потом отдал в футбольную школу, но через несколько лет паренек ушел из нее, обидевшись на тренеров, которые больше внимания уделяли ребятам из состоятельных семей. «Буду готовиться самостоятельно», – объявил он. Дядя – Федор Иванович в 17 лет устроил ему просмотр в ЦСКА у Газзаева. Но без привычки к планомерным физическим нагрузкам юношу хватило лишь на половину тайма в двусторонке. Сейчас Гиви служит в рядах Росгвардии. Его сестра Лали окончила юридический факультет СОГУ, она – капитан полиции.

Весь Василий, как в капельке воды отразился для меня в одном незначительном эпизоде. Наш общий с ним друг вернулся в родной город после нескольких месяцев отсутствия. Его никто не должен был встречать. Жена на работе, дети – подростки в школе. Выйдя из аэропорта в не по-нашенски дождливый осенний день, он поднял воротник куртки и зашагал к стоянке такси. Внезапно его окликнули из старенького автомобиля, стоявшего с другой стороны. «Кому ты нужен? – Садись», – сказал Вася, распахивая перед ним дверцу. Сценка в типично владикавказском стиле, когда то, что могло показаться неожиданным, как раз неожиданным и не является.

Его шутливое прозвище Воздух для кого-то ассоциировалось с легковесностью. Но она как-то не сочетается с обилием просьб посодействовать, достать или просто сходить по делу «за компанию», на которые он по возможности откликался и на мой взгляд это слово означало прежде всего жизненную потребность. Каким бы сложным и нелегким ни выглядел наш мир, он был изначально дарован нам лучезарным. И те люди, которые несут на себе отсвет его сияния, невольно помогают другим своим оптимизмом, азартом и даже некоторой долей бесшабашности. Порой его поступки были небезупречны, но даже это не мешало ценить в нем то, чего не доставало в нас самих.

Василий Иванович был непосредственно причастен к высшему достижению «Алании» – золотым медалям чемпионата России 1995 года. В должности администратора как нигде пригодилось его умение решать самые разные проблемы. Но осетинский футбол он представлял на самом высоком уровне задолго до этого. Дело в том, что Василий был непревзойденным мастером жонглирования мячом. С помощью стоп, колен, бедер и головы он мог часами не опускать его на землю. Проделывал это и в движении, проходя по несколько километров. И это – несмотря на нефутбольную комплекцию, ставшей характерной для него еще годам к тридцати. В 1986-м году он был приглашен в Москву, чтобы продемонстрировать свое искусство зрителям на центральном матче чемпионата страны. Еще ранее еженедельник «Футбол» опубликовал статью, посвященную Цамалаидзе. А в середине девяностых известный журналист Василий Уткин в своем эссе о Владикавказе под названием «Сильный город» тоже уделил внимание своему тезке. Тем не менее Вася не считал себя местной знаменитостью и не претендовал на это. Скорее, он был живой достопримечательностью своей малой родины.

В одной из соседних республик Цамалаидзе был захвачен в заложники. Похитители вышли на связь, но их аппетиты оказались непомерными для семьи и для родственников. Просьбы сократить сумму выкупа ни к чему не привели. Пленник провел несколько месяцев под замком в крохотной коморке, где даже нельзя было вытянуть ноги. Одним из его любимых блюд всегда была гречневая каша и по злой иронии судьбы в заточении его изо дня в день кормили только ею. Силовики обнаружили Василия случайно – разыскивали кого-то другого. Снятые на камеру кадры его освобождения были показаны по Центральному телевидению в той самой программе «Время». За эти месяцы он оброс большой бородой и напоминал Робинзона Крузо. Не скажу, что возвращение Василия было праздником для всего города, но для Шалдона и окрестностей – так уж точно. Не говоря о многочисленных друзьях, знакомых и просто сочувствовавших его беде.

Подумалось тогда с горечью: А что бы не скинуться им всем вместе, кто сколько может, когда это было необходимо? Радость длилась недолго. Его не просто держали взаперти в невыносимых условиях, но и периодически избивали. В результате были повреждены внутренние органы, что привело к тяжелому заболеванию. Все усилия врачей, включая несколько переливаний крови, оказались тщетными. Ему не было еще и пятидесяти…

Одним из мотивов моего расставания, по крайней мере физического, с Владикавказом было то, что после Васиной смерти мне как будто стало не хватать здесь… воздуха. Того, к которому я привык. Первого ноября этого года Василию Ивановичу Цамалаидзе исполнилось бы 70 лет.

Автор: Евгений Пантелеев