15-й Регион. Информационный портал РСО-Алания
Сейчас во Владикавказе
(Ясно)
86 %
4 м/с
$ — 00,0000 руб.
€ — 00,0000 руб.
Сослан Борадзов: Йокодзуну уже побеждал. Но — на тренировках
29.09.2004
18:08
Сослан Борадзов: Йокодзуну уже побеждал. Но — на тренировках

Дебют россиянина Сослана Борадзова в высшем дивизионе (макуути) Всеяпонской ассоциации профессионального сумо оказался весьма успешным. На турнире в Токио 24-летний борец, выступающий под псевдонимом Рохо — Русский Феникс, одержал 10 побед в 15 поединках. Более того, по итогам состязаний он получил почетную премию кантосё, которую вручают сумотори, лучше других проявившему бойцовский дух.

В своих силах был уверен
Вечером, сразу после завершения турнира, поговорить с Борадзовым не представлялось никакой возможности. Его младший брат Батраз рассказал, что Сослана пригласил на ужин в ресторан ояката — в дословном переводе «приемный отец», то бишь глава школы, в которой с февраля 2002 года постигает азы одзумо (большое сумо) Борадзов-старший. Любопытно, что и два месяца назад, когда на турнире в Нагое Сослан первым из россиян обеспечил себе место в элите сумо — макуути, ояката Одаки также повел нашего борца в ресторан.
— Похоже, у вас это уже становится доброй традицией, — заметил я в разговоре с Сосланом, когда все-таки сумел до него дозвониться на следующий день.
— Просто с оякатой Одаки у меня очень хорошие отношения. Бывает, и во время турниров мы вместе где-то ужинаем, да и в обычные дни это тоже не редкость.
— С его предшественником — легендарным 48-м йокодзуной Кохи Тайхо, обладателем 32 Императорских кубков, что и поныне является рекордом сумо, такого не было?
— Дело в том, что Одаки гораздо моложе. Ему 38 лет, а Тайхо уже за 60, и он нечасто куда-то выходил.
— Кстати, как оценили они ваше выступление в Токио на Осеннем басе?
— Оба довольны. Правда, и Тайхо, и Одаки, не сговариваясь, признали, что побед я мог бы одержать и больше.
— Согласны?
— Безусловно. Для первого раза, считаю, выступил неплохо, хотя двух-трех поражений и впрямь можно было избежать. Но от ошибок в сумо никто не застрахован. В следующий раз постараюсь извлечь из этих неудач уроки.
— Если бы перед началом басе вам сказали, что вы завершите его с разницей «плюс пять», возражений, наверное, не последовало бы?
— Еще бы! Я был бы страшно рад. Поначалу нацеливался лишь на результат катикоси — то есть на преобладание побед. Добился этого в 11-й схватке, когда счет стал 8:3. И сразу испытал огромное облегчение. Оставшиеся четыре поединка провел уже более раскованно.
— О чем думали перед выходом на дохё?
— О том, смогу ли победить как минимум 8 борцов высшего дивизиона.
— И что подсказывала интуиция?
— Пусть в официальных турнирах мы прежде не встречались, но на тренировках спарринги с ними провожу давно и отлично знаю, на что они способны. Так что в своих силах был уверен.
— Интересно, а когда у вас больше было волнения — сейчас или два с лишним года назад, накануне дебюта в одзумо еще в 6-м дивизионе (дзенокуути)?
— Тогда, как ни странно, совсем не нервничал. Соревнования у нас начинались в 9 утра, в зале было, дай бог, человек десять. Никаких особых торжеств, все напоминало обыкновенную тренировку. А вот борцы сильнейшей категории — макуути — выходят на дохе уже около 5 часов вечера. И трибуны 10-тысячных арен к тому моменту всегда битком.

15-дневный марафон
— Старт Осеннего басе выдался у вас отменным — четыре победы подряд!
— Да, но все относительно. Тайхо, скажем, на своем дебютном турнире в макуути одержал 11 побед кряду…
— Когда очутились в группе лидеров, не мелькнула мысль замахнуться на главный приз — Императорский кубок?
— Мелькнула. Но не получилось. Надеюсь, такой шанс у меня еще будет.
— Какая из ваших 10 побед особенно греет душу?
— Последняя, десятая — над 30-летним японцем Дэдзима. Я впервые в карьере встречался с борцом, носившим звание одзэки (второй титул в борцовской иерархии). Причем потерял его Дэдзима из-за серьезной травмы. На фоне остальных сумотори разницу в классе, конечно, почувствовал сразу.
— А какое из 5 поражений самое обидное?
— Все! Каждое из них до сих пор, словно заноза в сердце.
— Причины проанализировали?
— Я неправильно построил борьбу, допустил тактические просчеты. Вроде бы манеру всех борцов в макуути изучил — с кем-то боролся, кого-то на видео просматривал. Но, как я уже говорил, в сумо все решают мгновения. Если совершил ошибку — можешь и куда более слабому уступить. Потому что времени на то, чтобы ее исправить, не остается.
 — Выбор тактики на поединок определяет ояката?
— Нет. Иногда он что-то может подсказать, посоветовать, но не настаивает. Последнее слово все равно за самим борцом.
— А если он сделал не так, как предлагал ояката, и в итоге проиграл — получит от наставника нагоняй?
— Нет, упреков от оякаты он не услышит. Здесь это не принято.
— Сэкитори — борцы двух высших дивизионов, макуути идзере, — проводят на турнирах 15 схваток за 15 дней без выходных. Тяжело выдержать такой марафон?
— Да, к концу басе усталость уже дает о себе знать. И не только физическая. Психологически подобное однообразие тоже здорово выматывает.
— Из чего состоит ваш день во время басе?
— Борцы с 6-го по 4-й дивизионы просыпаются в 6 утра. Те, кто пробился в дзере и макуути, спят на час больше. Далее тренировка — небольшая, минут 30-40 — но с максимальной нагрузкой. Затем кушаю. Готовлюсь к схватке. В 2 часа дня покидаю стены бэя (школы) и отправляюсь на арену. В 15.50 начинается дохё-ири. Это такая торжественная церемония вступления на помост. Перед зрителями под негромкие ритмичные звуки, издаваемые деревянными палочками, появляются борцы. Они хлопают в ладоши, что символизирует избавление от злых духов, и выстраиваются вдоль помоста. Потом мне надо успеть сделать прическу и хорошенько размяться. После поединка — душ, ужин. Часов в 10 — 11 вечера — отбой. И так на протяжении всего турнира.
— По итогам этого басе за проявленный бойцовский дух вы получили почетную премию кантосё. Что она собой представляет?
— Мне вручили красивый кубок и денежное вознаграждение (в размере 2 миллионов иен, что примерно равняется 18 тысячам долларов. — Прим. А.К.).
— Прошла информация, что на все заработанные на турнире деньги вы с братом намерены купить лекарства для пострадавших в Беслане?
— Да, мы передадим лекарства тем, кто в них нуждается. Из рук в руки. Либо сами, когда приедем в Россию, либо через своих родных.
— Вы родились в маленьком селении Кадгарон. В Беслане у вас были родственники?
— Они, к счастью, живы. Но некоторых знакомых трагедия стороной, увы, не обошла.
— В эти дни в Японии гостит ваш отец. Он специально приехал на турнир?
— Да. Его поддержка нам очень помогала. Всегда приятно, когда на трибуне за тебя переживает родной человек. Тем более что отец, собственно, и приобщил нас с Батразом к спорту — он наш первый тренер по вольной борьбе и дзюдо.

Горилла-чемпион
— Как успехи в Токио отразятся на вашем месте в бандзукэ — официальном рейтинг-листе ассоциации сумо, в котором каждому борцу накануне очередного турнира присваивается определенное звание?
— Поднимусь, полагаю, на пять-шесть ступенек вверх. Сейчас я был 15-м маэгашира Востока — рядовым борцом высшего дивизиона. Следующий ранг — комусуби. Чтобы получить его, в ноябре на Кюсю басе в Фукуоке мне необходимо повторить свой нынешний результат, а лучше одержать 11 побед. Либо на протяжении еще четырех басе выигрывать со счетом 9:6.
— А с йокодзуной когда получите право бороться?
— Надо войти в пятерку сильнейших маэгашира. Впрочем, с единственным пока действующим йокодзуной Асошорю на тренировках я уже раз десять встречался.
— И как успехи?
— Дважды мне удавалось его одолеть.
— Не зауважали себя после этого чуть больше?
— (Смеется.) Вот именно — чуть-чуть…
— Поражение Асошорю в Токио — сенсация?
— Отчасти. Асошорю это не афишировал, но мне-то сразу было видно, что легкие травмы не позволяют ему бороться в полную силу. Думаю, поэтому он и уступил.
— Победителем Осеннего басе стал 32-летний одзэки Кайо с результатом 13:2. Он действительно там был лучшим?
— Да. Кайо подошел к турниру в отменной форме и выглядел мощнее остальных. Ну и удача, несомненно, ему сопутствовала — Асошорю оказался не совсем здоров, а еще два одзэки были вынуждены пропустить басе из-за травм.
— За внушительные физические данные (вес 174 кг) Кайо окрестили Гориллой. Соответствует ли он своему грозному прозвищу?
— Честно говоря, узнал об этом лишь от вас. Но то, что Кайо очень силен, в Японии факт общеизвестный. Среди сумотори у него самые могучие кисти рук. Борцы рассказывали мне, что на их глазах Кайо из самого крепкого яблока легко выжимал сок одной рукой.
— Но хобби у этого японского богатыря для 32-летнего мужика довольно своеобразное — чтение комиксов и игра с радиоуправляемыми моделями…
— Вполне возможно. Давно убедился, что борцы здесь — очень простые ребята. Ни тени заносчивости или высокомерия.
— К слову, а вы-то как свободное время проводите?
— Смотрю по видео наши фильмы, которые мне привозят из России.
— Кто из сумотори вам особенно импонирует?
— Кайо и Асошорю. У них высокая техника, оба любят броски. Словом, предпочитают зрелищную борьбу.
— В юности вы занимались вольной борьбой и наверняка не забыли, как некоторые соперники, в основном из Азии, прибегают к разным хитростям. Например, мажутся специальным маслом, которое выделяется вместе с потом, и противника трудно ухватить. В сумо сталкивались с чем-то подобным?
— Тут это абсолютно исключено. Сумо — очень честный вид спорта. Настоящего сумотори, будь он японец, монгол или европеец, неизменно отличает джентльменское поведение на дохе. Это у борцов в крови.

Жениться пока рано
b>— Слышал, вы сдружились с болгарином Кото-Европа, который проделал путь из 6-го дивизиона в макуути за рекордные 11 турниров?
— Верно. Болгарин неплохо говорит по-русски. Общаемся.
— Правда, что японцы называют его «Бекхэмом сумо», сравнивая с английским футболистом, который в Японии считается идеалом мужской красоты?
— Ага, читал об этом в газетах. Не мне вам рассказывать — журналисты любят громкие эпитеты.
— С японским; похоже, проблем у вас нет?
— В совершенстве языком, конечно, пока не овладел. Но понимаю практически все, что говорят.
— А как у вас с братом на личном фронте? Ведь после того как вы оба стали сэкитори, имеете уже право обзавестись семьями.
— На личном фронте — без перемен. Жениться, считаю, нам пока рановато.
— В Токио у Батраза тоже был дебют — но во втором дивизионе дзере. Видели его схватки?
— А как же! При счете 8:3 Батраз получил весьма болезненную травму — выбил палец на ноге. Из-за этого последние четыре поединка проиграл. А то, думаю, выступил бы более успешно. Хотя главное — брат успел закончить басе в «плюсе».
— Батраз в дзере, как и вы в макуути, начал турнир с четырех побед. А вот на пятый день вы оба потерпели первые поражения. Совпадение?
— Да, причем не единственное. Например, и я, и он сделали катикоси в своей 11-й схватке.
— Для других наших сумотори турнир в Токио также сложился удачно?
— Толик Михаханов (Аврора) провел, пожалуй, свой лучший басе в карьере, одержав в 7 поединках 6 побед. У Коли Иванова (Амура) — на одну меньше. Пока они по-прежнему в 4-м дивизионе сандамэ. Поднялся туда же и эстонец Кайдо Хевельсон (Балт). В 6-м и 5-м дивизионах он одержал две абсолютные победы и пока вообще ни разу не проигрывал.
— Бытует мнение, что эстонцы — народ степенный и на редкость неторопливый, что для сумотори смерти подобно. Балт, выходит, нетипичный эстонец?
— Я видел его в деле — он произвел сильное впечатление. Балту всего 19 лет. Мне кажется, его ждет в сумо большое будущее. При условии, разумеется, что он будет усердно тренироваться.
— А у вас, Сослан, какие теперь планы?
— Передохну немножко — и за работу. Впереди турнир в Фукуоке, который пройдет с 14 по 28 ноября. Надо двигаться дальше. Александр Кружков («Спорт Экспресс»)